— Я догадываюсь, — проронила Кристина, пряча глаза.
Ей неприятно было думать о криминале, в котором, несомненно, замешан Артур, и еще неприятнее стало об этом говорить, ведь он ей слишком нравился. Если откинуть ту тайную, темную сторону его жизни, здесь в дневном свете, на террасе кафе, окруженного зеленью, он выглядел чарующе притягательно. Веселый, открытый, внимательный, даже галантный. Не говоря уже о чисто внешней привлекательности.
— Если намекаешь, что я банальный домушник, то это не так, — сдержанно обронил Артур и вернулся к трапезе.
«Я как раз боюсь, что все еще хуже, — с болью подумала Кристина. – Угораздило же меня. Но как тут не поддаться? Сначала, во время похищения, он выглядел как рыцарь без страха и упрека, а теперь… загадочно, опасно, но ничуть не хуже. Слишком обаятельный. Или это я такая доверчивая и чувствительная?»
Артуру позвонили. Разговаривал он теперь не по громкой связи, очень сухо, собранно, отрывисто.
«Возможно, с руководством», — отметила про себя Кристина.
Безликие: «да», «нет», «понял» — никаких подробностей непосвященным слушателям не выдали, а после разговора Артур стал более отстраненным, что-то напряженно обдумывая.
Несколько минут молодые люди ели молча.
— Мне порекомендовали одного человека, — произнес Артур, отодвинув пустую тарелку. – Думаю, тебе стоит поехать со мной, поговорить с ним по поводу твоих дедов и книги.
— Хорошо. А потом я могу уехать домой?
— Как хочешь.
Перед тем как нанести новый визит, молодые люди вернулись в съемную квартиру, и Кристина забрала альбом с репродукциями утраченных шедевров.
Местом встречи оказался небольшой, двухэтажный особняк дореволюционной постройки. Белые выпуклые детали фасада на фоне темных стен придавали ему праздничный и гостеприимный вид. В этой части улицы большинство домов относилось к исторической застройке, так что возникало приятное ощущение попадания в позапрошлый век романтизма и аристократичности. Вывеска над парадным входом, оформленная также в старинном стиле, гласила: «Антикварная лавка».
— Посиди пока в машине, — остановил Артур Кристину, собравшуюся покинуть салон автомобиля. – Сначала мне нужно самому с ним переговорить, понять, что за человек.
Кристина кивнула. Холодный тон спутника ей очень не нравился, от него становилось неуютно и беспокойно.
«Видимо, он обиделся на мои намеки о его криминальных занятиях, — подумала Кристина со вздохом, — но в чем я неправа?»
Артур ушел, оставив ее один на один со своими мыслями и переживаниями. Таким серьезным, выдержанным и озабоченным, каким он вошел в антикварную лавку, Кристина его еще не видела, и в таком образе он ей нравился ничуть не меньше, чем в амплуа веселого и беззаботного парня. Кристина решила, что нужно исправлять ситуацию и возвращать общение в положительное звучание.
Спустя пол часа Артур вышел из лавки и позвал Кристину. Вместе они пересекли торговый зал, заставленный массой интересных вещиц, и углубились в недра, закрытые для обычных покупателей. Девушка-секретарь открыла перед гостями дверь в кабинет. В глубине смежного коридора Кристина успела заметить внушительную фигуру охранника.
Хозяин антикварной лавки, полный невысокий мужчина, показался Кристине масляным, но лживым насквозь. Его округлые щеки лоснились от жира, лысая голова – от пота, маленькие живые глазки нехорошо поблескивали, но всем видом антиквар изображал радушие и благодушие.
— Очень рад принимать у себя такую прелестную девушку, — заявил он широко расставив руки, словно собираясь обнять пришедшую, однако сам даже не встал из-за стола.
— Это внучка Винтоховского, — объявил Артур и, войдя, захлопнул дверь в кабинет.
Кристина вздрогнула. На мгновение у нее мелькнула мысль, что теперь она в ловушке, но только на мгновение. Артур улыбнулся своей обычной ободряющей улыбкой и рассеял всякую тревогу.
— Очень, очень рад, — почти пропел антиквар. – Разрешите представиться, Графов Эрнест Эрнестович.
— Кристина, — представилась в свою очередь девушка.
— Прошу, присаживайтесь, — не снимая лживой улыбки, произнес Графов. – Как я уже сказал, мне очень приятно принимать вас у себя.