— Подозреваю, что последний автобус уже ушел, — произнес Артур, — и тебе в любом случае придется оставаться до завтра. А я бы предложил прогуляться по городу. В моем списке романтических мест еще остались неосмотренные локации. Предлагаю сквер у кремля.
Кристина благодарно улыбнулась.
Пока молодые люди добирались до выбранного места прогулки, вечерние сумерки превратились в ночь. Зажглись фонари, что придало окружающему таинственности и поэтичности. Кремль на другой стороне оврага стал еще больше походить на средневековый замок, а сквер на этой стороне – на зачарованный лес. По дорожкам, что тянулись вдоль обрывистого края, прогуливались пары молодые и пожилые, любовались видами противоположной стороны, застроенным оврагом и рекой. Тут и там сновали электросамокаты, бегали дети.
Продольная дорожка привела гуляющих к символичной скульптуре с надписью «Миром правит любовь». Обычно здесь делали остановку, на площадке собиралось больше людей, чем в других местах, фотографировали и делали сэлфи. Влюбленные пары пытались повторить позы героев скульптурной композиции и снимались рядом в таком виде.
Кристина тоже остановилась, чтобы посмотреть на бронзовое воплощение чувств двух влюбленных. Она не переставала задавать себе вопрос: насколько Артур шутил, говоря, что выбирал самые романтичные места для совместной прогулки. Глядя на трогательную скульптуру, выходило, что совсем не шутил.
— Ты бывал здесь раньше? – поинтересовалась Кристина у своего спутника.
— В городе приходилось и не раз, кажется, я уже говорил, а именно в этом месте – нет. Дела меня заставляют посещать более прозаические локации, без всякой романтики. А здесь и сейчас не помешало бы какое-нибудь стихотворение, — заметил Артур, тоже глядя на скульптурную группу. – Пушкин бы точно процитировал что-нибудь уместное. Могу позвонить, — предложил Артур.
— А сам не справишься? – игриво улыбнулась Кристина. – Помню, в машине, когда делал вид, что споришь с Пушкиным, сам хорошо продекламировал.
— То стихотворение к данной ситуации не подходит.
— Почему?
— Слишком грустное, из-за того, что правдивое, — сказав это, Артур двинулся дальше.
Кристина помедлила несколько секунд, вспоминая стихотворение, которое сама же упомянула, и ничего слишком грустного и неподходящего в нем не нашла.
«Наверное, помню плохо», — отмахнулась она от своего недоумения и поспешила за спутником.
Они и дальше бродили по дорожкам, рассматривая бывший овраг, зеленый обновленный сквер и исторические постройки на другой стороне. Когда освободилась одна из качелей, Артур предложил присесть. Приятный вечер продолжился в компании двух стаканчиков кофе и скрипа цепных подвесок.
— Здесь красиво, — призналась Кристина, — не то, что в нашем заштатном городке. Все кругом так аккуратно, обустроено, приспособлено.
— Вот именно, холеное и лощеное, одним словом выставочное, — не согласился Артур, — а в вашем городке живет своя красота, пусть и провинциальная, немного неухоженная, но природная, душевная.
— А что больше нравится тебе?
— Блеска и мишуры мне и так хватает, можно сказать, это привычная среда, а вот тихая радость природной гармонии – вещь редкая, ценная. За такой и в омут головой — не перебор, — произнес Артур, медленно раскачивая качели.
И хотя при этом он смотрел вдаль на кремль, Кристине почудилось, что говорит он о ней.
— Смотрю на ограждение по краю площадки, — задумчиво продолжила беседу Кристина, — и мне, почему-то, кажется, что за ним внизу должна быть вода. Река или море. Но там улица с домами, машины ездят. Странно выглядит.
— На море красивые закаты, — проронил Артур, продолжая смотреть вдаль, и, казалось, что думает он при этом о чем-то совсем другом.
— Я сто лет не ездила на море, — поделилась Кристина и придвинулась к Артуру чуть ближе, чтобы полнее ощущать его тепло и упругость мышц. – Одной ехать не интересно, а с подружками уже который год отпусками не совпадаем. Даже в этом году еще ничего не понятно.
— Нет ничего проще, - откликнулся Артур. - Разберемся с этим делом и рванем. Сочи или Крым? С заграницей у меня пока сложности.