- Понятно. Мой рекорд засыпания аж семнадцать минут. Я засекаю время и отмечаю рекорды. Раньше я могла полчаса проваляться с закрытыми глазами, прежде чем уснуть.
- За эти семнадцать минут, пока ты пытаешься уснуть, тебя могут либо поймать, либо убить. Да и судя по всему сны тебе не всегда снятся. Пока ты не станешь осознанной, ты будешь бесполезной. Это гибельное дело.
- Как грубо. В любом случае чтобы стать осознанной нужно годами трудиться. Да и никто не знает, как это сделать. Нам было бы полезно это знать. Тем более для Ники. Она уже не первый раз случайно кого-то такого призывает. Но впервые оно на нее напало. И впервые оно было таким… Могущественным. Внушающим страх.
- Она сильный овеществитель, но без должной подготовки она угроза. Как для себя, так и для вас. Ей стать осознанной важнее всего. Ради своей же безопасности.
- Понятно. Она в любом случае больше меня продвинулась. Она может проснуться, пока не стало слишком поздно. Сон ведь овеществляется, только если увидеть его в подробностях.
- Не всегда это может сработать. Если ты увидела достаточно деталей, то этого не избежать. Еще твой сон не сможет овеществиться, если до тебя похожий уже кто-то овеществил. Нам, пророкам, в этом плане проще. Мы даже если и видели с одним человеком один и тот же сон, то детали его всегда отличны. Например, мы с тобой увидели один и тот же сон, как взорвалось здание. Я увижу что было следствием взрыва, а ты его последствия. По сути один и тот же сон, но если в моем сне получится предотвратить взрыв, то и в твоем последствия его изменятся. Да и видеть мы его можем только с разных сторон. Что логично.
- Удивительно. Будь все действительно так, то мы были бы в какой-то степени непобедимы.
- Непобедимыми мы стали бы только в том случае, если бы все мы были бы осознанными. А так, для осознанного вы - балласт.
- Карла получается тоже осознанная? Вроде как для создания клинка нужна осознанность сна.
- Этого я не знаю. Так что нет смысла меня спрашивать. Могу точно сказать, что она не похожа на осознанную. Иначе она бы не стала действовать как обычные псы. Осознанные предпочитают пользоваться своими снами, а не избегать их. И судя по всему, она как овеществитель, где-то чуть ниже среднего. Да и учитывая то, что она боится того кто сильнее ее, тот же монстр, то она может быть еще ниже. Хоть она и жнец, но она явно еще не встречалась с теми, кто действительно может дать отпор.
- Капитан говорил что ты особенный. Я не могу критиковать твои слова, если он действительно прав. В любом случае, у нас не говорят плохо друг о друге, даже если наша посредственность очевидна. Мы тут как семья.
- Семья? Я в любом случае не с вами. У меня есть своя семья. И вы в нее точно не войдете. Никто не войдет.
- Это печально. Тебе стоит научиться доверять людям.
- Хах, еще чего. В этом мире есть лишь один человек, которому я могу доверять. И то, я не уверен, жив он или нет.
- Я предпочитаю верить в лучшее. Так что я уверена, что он жив, и вы обязательно еще встретитесь.
- Не хотелось бы. Иначе мир познает боль от столкновения двух монстров. Причем один опытнее другого.
Парень усмехнулся, подняв голову и посмотрев в потолок. Девушка же не совсем поняла, о чем он, но не стала вдаваться в подробности.
Хоть Эверон и не хотел этого признавать, но он скучал по своему наставнику-извергу. Мужчина стал ему отцом за те годы, что они провели вместе. Хоть Рингсон и был жесток по отношению к ребенку, но если бы не эта строгость, то где бы сейчас был Эв? Возможно, он давно бы уже покоился в земле, умерев от собственных кошмаров. И он был искренне благодарен ему за спасение. Жаль только отплатить так и не смог.
Глава 7.
Дана провела Эверона в тренировочную комнату, сделанную специально для тренировки пророков. Это легко понять по внешнему виду комнаты.
По мнению Эва, комната была выполнена в стиле а-ля «психбольница». Все из-за мягкой обивки пола и стен. Радовало, что все было не в скучном белом цвете. Стены, пол и потолок были выполнены в различных постельных цветах. Мягкие на вид подушки различных форм и размеров были разбросаны по всему пространству, создавая атмосферу уюта и комфорта. А мягкий приглушенный свет способствовал расслаблению. Все это придавало комнате некую теплоту, хоть она и находилась в темном холодном подземном бункере.