― Хей! ― Вики расплылась в улыбке, как делала каждый раз, видя кого-то из своих подчиненных. Несмотря на ее хорошее отношение, все чувствовали в ней начальницу и ее приказания в форме просьб выполнялись беспрекословно.
― Виктория?! ― Это был вопрос или утверждение? Голос, искаженный эхом, казался незнакомым, но Вики знала эту особенность своего «родного» цеха и нисколько не смутилась. Она ежедневно путала всех своих подчиненных по голосам, поэтому еще быстрее хотела узнать, кто перед ней, чтобы не облажаться.
― Привет! Ты раньше всех! А где остальные? Кто-нибудь еще пришел?
― Нет. Я один.
Наконец Виктория подошла достаточно близко, чтобы разглядеть незнакомца. Он шагнул к ней навстречу, и она с ужасом поняла, что перед ней действительно незнакомец. Причем стоял он как раз в том месте, где два больших станка образовывали узкий проход. Этот парадокс и раньше немало раздражал всех вокруг. Надо же, столько места вокруг, а самые громоздкие станки поставили именно здесь, причем прямо друг напротив друга.
Внимательно вглядевшись в незнакомое лицо, она отметила отсутствие отрицательных эмоций, хотя и положительных – не было. На этом лице не было абсолютно никаких эмоций.
― Ээээ… Видимо, я обозналась. Кто вы и почему вы здесь в закрытом цеху, на производстве? У вас есть допуск?
― Нет.
― Вы не хотите представиться?
― Форс. Райан Форс. Вы Виктория?
― Да. Чем могу быть полезна? Вы представитель нашего нового клиента?
― В какой то степени.
― Простите, но я вас не понимаю. Идемте в мой кабинет, там мы сможем поговорить спокойно и в более комфортных условиях.
― Да, конечно. ― Форс отступил на шаг в сторону, давая дорогу.
Вики быстро прошла мимо него, показывая дорогу. Всего два шага, а за спиной тишина. Она оглянулась, проверяя местонахождение своего спутника и провалилась во тьму. Она не успела почувствовать боли или удара, не поняла, что это было. Она опустилась на колени под властью невероятной тяжести, которая сковала все ее тело. Мужчина быстро подхватил ее на руки и направился в сторону склада.
Дальше все развивалось стремительно и очень страшно. Белый потолок, который назойливо мозолил глаза, наконец стал реальным и осмысленным. Голова слегка прояснилась, но тело все еще не слушалось. Слегка оглядев глазами комнату, Вики поняла, что она не очень большая. Кроме потолка она разглядела карниз и верх штор, шкаф. Она не понимала, где находится. Она не знала, что с ней сделали. Она прислушалась. Ровное дыхание совсем рядом возвестило о том, что в комнате она не одна. Она попыталась разжать губы, но они тоже не повиновались. Короткий рваный стон вырвался из груди. Она сделала попытку привлечь к себе внимание.
Над ней вновь возникло лицо. Она попыталась объединить свои воспоминания с увиденным сейчас. Нет, лицо определенно было незнакомым. Она все еще помнила того парня. Сколько времени прошло? Когда она его видела? И был ли он вообще? Почему тело не слушается? Вопросов миллион, но задать их она не может. А он не торопится заговорить. Кто он?
― Не можешь понять, где ты?
― М-м-л-ы-м... ―Голос – незнакомый.
― Да уж, тело все еще не слушается тебя. А как тебе это? Ощущаешь?
Вики не могла понять, о чем идет речь и поэтому решила промолчать.
― Не чувствуешь. Ну, надо же! А теперь?
«Боже! Да что же он делает? Хоть бы что-то почувствовать!»,- Вики увидела лицо незнакомца, нависшее прямо над ней. Он смотрел прямо в глаза. По мерному покачиванию шкафа, гардин и люстры, Виктория догадалась, что с ней сейчас происходило.
― Аааа-м-в-ы-м! ― Дикий вой вырвался из ее груди. Ей было отвратительно это ее положение, она не могла оказать сопротивление, она не могла даже не смотреть на ненавистное лицо молодого парня с отталкивающей внешностью, скрывающейся в безупречных чертах лица. Он был слишком слащав – от таких не жди ничего хорошего. Виктория уже давно научилась разбираться в людях, и это неплохо помогало ей в работе. До этого момента…
― Позволь думать, что это стон удовольствия. Хотя, сомневаюсь, что это действительно он. Не переживай, Виктория, через пару минут я исчезну, и ты никогда больше меня не увидишь. Надеюсь.
Да, она тоже на это надеялась. Надеялась, что все это прекратится. Мозг прокручивал эти мысли снова и снова, все быстрее и быстрее, как центрифуга, заставляющая чувствовать головокружение и тошноту. Ее глаза закатились, и она потеряла сознание, не выдержав нервного потрясения.