— Ну, кто мне ближе, это мое дело, Андрей свет Борисович! Кстати, почему ты только Андрей Борисович? Какая у тебя фамилия? Дворянин ли? Если да, то какого рода ты? Боярского, графского, али может княжеского? А может ты какой-нибудь однодворец или вообще из купцов или крестьян? Что молчишь? — орк посмотрел на меня, как Ленин на буржуазию.
— Дворянин я, Олег Сильвестрович! А вот фамилию и род свой не помню, да и как в Риге оказался, тоже не помню. Я, Сельвестрыч, если хочешь знать, за сегодня столько раз по голове разными способами получал, что удивляюсь, как имя то вспомнил. После одного такого раза очнулся, а я оказывается в городе, и орки на стену лезут драться! Естественно, пришлось дать сдачи, — выдал я сокращенную версию своих злоключений.
Орк Олег изменился в лице. Встал. Подошел ко мне, бережно усадил на табуретку и гаркнул:
— Офелия, бегом сюда. Тащи лекарскую сумку. Поможешь Андрей Борисовичу!
Сам с великой осторожностью помог мне снять остатки рубашки, зашел сзади и посмотрел на мою спину и пробормотал:
— Все так и есть, как было написано.
— Что там? — обеспокоено спросил я.
— Клинок и звезда! — с этими словами, орк подвел меня к огромному шкафу с зеркалом на двери, повернул к нему спиной.
Сам же взял круглое зеркало поменьше и расположил его так, чтобы я видел свою спину.
То, что я увидел, меня не порадовало.
На спине был ожог в форме тесака с частью эфеса. Посреди тесака было белое пятно, похожее на звезду с шестью лучами разной длины.
Похожий ожог в виде звезды был в районе солнечного сплетения. Туда куда упала голубая искра.
Видимо узел веревки, на которой весел тесак оставил на спине такой причудливый след.
Даже мне, владеющему медициной на уровне оказания первой помощи в полевых условиях, было понятно, что даже если ожог и заживет, то контуры тесака и звезд из шрамов останутся навсегда. Да уж, весело!
— Охренеть как меня клеймили! «Ну и что все это значит и где об этом было написано!» — несколько резко спросил я орка!
— Видите ли, Андрей Борисович, сейчас это не важно. Про это мы поговорим потом! Было отчетливо слышно, как орк выделяет тоном это самое «это». Даже на вы опять перешел от благоговения.
Но потом быстро опять вернулся на ты:
— Сейчас пока в подробностях выкладывай, в чем проблема. Чем могу, помогу!
После недолгого разговора выяснилось, что артефакты можно засечь с помощью других артефактов, излучающих такую же магическую энергию.
— Ну это и ежу понятно! Где взять еще такие же артефакты?
— Где! Где! На бороде! — раздраженно ответил Сильвестрыч. — Один у тебя в тесак вставлен, другой в моем мече-посохе. Как раз столько, сколько надо, чтобы найти третий!
Как оказалось, метод был прост. Надо было идти на расстоянии друг от друга вдоль границы пузыря. Как начнем чувствовать, что магия от наших двух артефактов, куда-то в сторону вильнула, там и надо будет искать артефакт!
— В общем, на пересечении наших магий и надо его искать. Метод триангуляции, слышал?
— Слышал, — чуть не заржал я. — А как найдем как нам контур разрушить?
— Так и разрушить! Убрать его в хранилище и все! Делов то!
— А где взять то это хранилище? И сколько таких артефактов убрать из контура нужно, чтобы он разрушился?
— Там узнаем! Ну штучки три, я думаю выдернуть надо будет! Что же касается хранилища, так вот оно!
С этими словами, орк залез в самый дальний угол своей лавки и вытащил оттуда сомнительного вида кожаный мешок. Потом пошептал над ним что-то и закинул себе на плечо.
Пока он все это проделывал, Офелия обработала мне ожоги и наложила повязки.
Обрабатывая ожог в виде звезды в районе солнечного сплетения, она аккуратно его протерла и сказала:
— На цветок похож! На тот который у императоров Ниппона священным считается. Забыла, как называется.
— Хризантема? — удивленно спросил я.
— Да, точно, — улыбнулась Офелия, — царский цветок хризантема.
— А ты откуда о нем знаешь?
— В книжке читала и у нашего губернатора в оранжереи видела! Так что ты теперь Царь — Император! — Офелия задумалась на минутку — Ну или наследник царя!
Довольная этой мыслю, Офелия нашла мне чистую рубашку из запасов деда. Как выяснилось, орк Олег, был дедом Офелии. Ее родители погибли. Как, она не захотела рассказывать.
Вчетвером: мы с орком и пара семеновцев добежали до границы пузыря. Благо было не далеко. Обстрел продолжался. То и дело падали ядра.
Границу пузыря, как оказалось, определить не сложно. Это было такая легкая рябь, которая распространялась по всему, где проходила граница. По воздуху, по мостовой, по стенам домов.