Пришлось снизить скорость и пойти быстрым шагом. Худощавый, налетев сначала на мужика с пилой на плече, а потом и на булочника, тоже снова перешел на быстрый шаг.
При этом булочник, при столкновении чуть не рассыпавший переносной лоток со свежим хлебом, удивленно заозирался. Словно не понял, как это произошло.
Быстро перемещаясь в сторону реки, худощавый не оглядывался, но я чувствовал, что он контролировал каждый мой шаг и расстояние, между нами.
Вот, мы вылетели на берег речки. Впереди показался порт. В порту уже вовсю кипела работа. Грузились и разгружались суда, кричали и ругались моряки и грузчики. Среди этого крика я услышал крик Сергея:
— Андрей, вернись!
Отлично, значит, он продолжает бежать за мной. Очень хорошо. В случае чего поможет захватить и допросить этого типа. Интересно, кто приставил ко мне этого соглядатая. И судя по всему, не только соглядатая.
Очевидно, что это он организовал нападение на меня городских разбойников. Ну не он, так его хозяева. Когда поймаю, обязательно выясню, кто и зачем его послал. И что им такого сделал Ермолич.
За этими размышлениями я не заметил, как мы пробежали уже несколько километров. Сейчас мы бежали, точнее, быстро шли по мосту, который вел на длинный остров посреди реки.
В моем мире на этом острове стояла рижская телебашня. Здесь, кроме моста и дороги, ничего не было. Дорога, судя по всему, вела на другой конец острова, но терялась в тумане.
Какой-то странный это был туман. Странный, если не сказать больше. Он был скорее похож на вязкое, белое облако с четкими контурами. Оно покрывало всю западную часть острова. И дорога вела в это облако. И по дороге никто не шел. Ни туда, ни обратно.
Незнакомец в плаще добежал до границы облака и остановился, развернулся в мою сторону и стал ждать.
Я остановился в метрах сорока от него и стал раздумывать, стоит или нет лезть в это облако. И чем дольше я стоял и думал, тем больше распалялся: какой-то неизвестный тип будет преследовать меня, подсылать ко мне убийц, а я буду стоять и думать, стоит ли мне лезть в какое-то дебильное облако или нет? Нет, у тебя такой фокус не выйдет!
Меня нагнал Шереметьев, стал что-то горячо говорить, убеждать. Я ничего не слышал. Только понял, что он хочет убедить меня вернуться. Я отвечал ему, что пока не схвачу того типа, — не вернусь.
Шереметьев положил мне руку на плечо. Я сбросил ее, глянул на него, трансформировал свой оркский посох в меч и двинулся за худощавым.
Худощавый развернулся и скрылся в облаке. Я рванул за ним.
Войдя в туман, я понял, насколько он густой. Не видно было даже кончика своего меча. Зато я почти отчетливо видел впереди не спеша идущего худощавого. Странно. Я хотел рвануть вперед и, наконец, догнать его, но туман не пустил меня. Он словно подушка поглотил мой резкий порыв.
— Не надо никуда торопиться! Ты уже пришел! Теперь ты наш! Мы тебе поможем! Мы твои друзья! — раздался у меня в голове голос. Манера говорить была похожа на манеру речи удава Каа из советского мультфильма «Маугли».
— Разве удавы умеют говорить? Что означают все остальные слова, произнесенные тобой? — спросил все тот же голос в моей голове.
Я не ответил. Остановился и попытался сделать размеренный шаг вперед. У меня получилось.
— Вот так хорошо, продолжай идти. Скоро придем — продолжил разговаривать Каа.
Я остановился. Фигура худощавого исчезла. Была видна только дорога, и то, только на пару шагов.
— Никуда не пойду, пока не скажете кто вы и куда идем!
— Иди. Скоро все узнаешь, — сказал удав Каа.
Не люблю, когда меня принуждают! Я развернулся и пошел назад. Ну как пошел. Попытался. Позади меня вообще ничего не было. Даже дороги. Одна сплошная белая стена тумана. Я попытался сделать шаг, но это не удалось. Мягкая стена тумана спружинила и оттолкнула меня.
— Назад дороги нет. Только вперед, — произнес в моей голове Каа.
Я промолчал и снова попытался вернуться. Меня опять оттолкнули назад.
Раз меня не пускают назад и заставляют идти вперед, значит, пойдем вбок. Нормальные герои всегда идут в обход! Я повернул и пошел налево. Здесь никаких препятствий не было. Никто меня не отталкивал и не задерживал.
Но через пару минут передо мной вырос тот самый худощавый. Во всяком случае, я подумал, что это он. Были видны только контуры тела и больше ничего. Даже лица не было видно. Плащ с поднятым воротником, треуголка, а между ними белесый туман.
Он выхватил шпагу и атаковал меня. Я отразил удар, отбив его шпагу в сторону. После соприкосновения со шпагой худощавого мой меч раскалился и по мечу побежали голубые искры.