Он подошел к каждому из нас, внимательно заглянул в лицо и пошел к месту побоища. Рядом с ним семенил какой-то кругленький мужичок в старинной кирасе и шлеме с плюмажем и что-то быстро нашептывал князю, стараясь как можно ближе подтянуть губы к светлейшему уху.
— Кто это? — спросил я у Фёдора Ивановича.
— Это местный бургомистр, Людвиг фон дер Гольц, — ответил дядька.
Светлейший князь подошел к аккуратно выложенным вдоль стены трупам и стал их разглядывать. На его лице были написаны сановные брезгливость и неудовольствие:
— Кто такие? — Репнин тростью указал на трупы.
— Русские разбойники, Ваша Светлость, быдло! — бодро ответил бургомистр.
Светлейший зло глянул на бургомистра и бросил:
— Ты ври да не завирайся! На быдло то не очень похожи. Одеты-то все справно и даже одинаково как-то. Явно наемные людишки. Ты давай разберись: кто, откуда и зачем прибыли. Вечером доложишь.
Никита Иваныч еще раз медленно пошел вдоль ряда тел пристально, что-то разглядывая. Тут мне пришла, как показалось, дельная мысль. Я пошел к Репнину и из-за его спины аккуратно указал на татуировку у Ивара на плече.
Князь посмотрел, глаза его расширились от удивления, и он одними губами спросил:
— Один?
— Он и еще трое, — также, не разжимая губ, ответил я.
Репнин жестом подозвал к себе капитана, одним барским движением указал на нас и бросил:
— Этих ко мне сопроводить, оружие не изымать, в колодки не упекать. Трупы на лед под замок и под караул. Капитан если и удивился, то не подал виду, приложил два пальца к треуголке и жестом предложил мне следовать перед ним.
Князь залез в карету и укатил. Мы же всей честной кампанией отправились пешком. Впереди капитан, за ним внутри коробки из солдат комендантской роты, мы.
Так, весьма пестрой кавалькадой мы и добрались до Рижского замка. Там нас проводили в небольшую обеденную залу на втором этаже, украшенную рыцарскими доспехами.
Мы расселись за круглым столом в высокие деревянные кресла. Через минуту появился Светлейший и с ходу спросил:
— Ну-с, милостивые государи, кто мне расскажет, чем вы так взволновали Стражей, что они послали за вами аж четырех своих адептов!
— А что Стражи — это секта? — спросил я. И тут же в ответ услышал, сакраментальное, что сам не раз произносил в своём мире и здесь уже слышал от экспедитора Тайной Канцелярии:
— Вопросы здесь задаю я!
— Видите ли Ваше Сиятельство, я не знаю, чем я насолил этим Стражам. До сегодняшнего дня я с ними не сталкивался. Поэтому мне бы самому понять, что им от меня могло понадобиться, а для этого неплохо было бы знать, кто они такие. Вы же помните, Ваше Сиятельство, у меня контузия, и я не помню даже некоторых элементарных вещей. Так, что если бы вы оказали мне такую любезность, то наверняка я смог бы понять, чего им от меня надо, и, соответственно, сразу бы вам рассказал.
Никита Иванович, выслушал меня нахмурившись. Я чувствовал, что моя логическая эквилибристика ему не по нраву. Но что возразить, он не находил, видимо, потому, что был напряжен и о чем-то постоянно усиленно думал.
Хотя, если бы он чуть расслабился и позволил себе взглянуть на ситуацию со стороны, он легко нашел бы изъян в моих словах. Допустим, поинтересовался тем, почему мои друзья не просветили меня относительно Стражей. У них-то контузии не было. Тут мне крыть было бы нечем.
— Хорошо, Ермолич, слушай! — недовольно буркнул князь!
Как оказалось, Стражники — это представители нескольких родов Рюриковичей и инициированные ими их ближники. Выходцы из каких родов входят в клан Стражников, известно только им самим. Они есть в большинстве государственных заведениях. Но не отсвечивают, так как их немного, может, несколько десятков или сотен. Точного количества не знает никто. Их задача — охранять Россию, как единственное оставшееся государство людей от порабощения другими родами, прежде всего орками. И в первую очередь охранять чистоту крови.
Здесь Его Сиятельство бросил взгляд на Олега. Но Сельвестрыч индифферентно пожал плечами, будто сказанное никакого отношения к нему не имеет.
Чуть больше ста лет назад после того, как со смертью сына Ивана Грозного и пресечения царского рода Рюриковичей в Смутное время, мы чуть не потеряли Россию. Уже к нескольким последним царям были вопросы по чистоте крови, однако во времена Смуты снаружи полезли орки, а изнутри стремились захватить власть разные полулюди, полуорки.
Тогда Стражи из всех зол выбрали наименьшее. Они заключили договор с авалонцами. Авалонцы помогают деньгами народному ополчению, помогают определять чистоту крови, а взамен после выборов новой чистокровной династии получают право беспошлинной торговли в России.