Ландорф быстро вернул свое внимание к Нарышкину и тот, как ничем не бывало, продолжил резать магическое поле защитного поля.
Как ни странно, несмотря на то, что царь находился без сознания, магический купол продолжал работать.
Теперь я отчетливо видел силовой поток, который несколькими ветками тянулся от лежащего без сознания царя к четырем артефактам, образующим купол. Да, чтобы даже без сознания удерживать магический купол, надо быть действительно сильным магом.
Все это я заметил, когда вместе с Сергеем прорубался сквозь толпу мятежников на соединение с Олегом.
Наконец, нам удалось соединиться где-то в нескольких метрах от купола. Теперь мы впятером были вместе, но нас отделяло от Ландорфа каких-то три десятка бойцов.
Мы вынуждены были постоянно атаковать и быть как можно ближе к противнику, чтобы не дать им воспользоваться магией. Возникни у кого-нибудь из них такая идея, и он в сутолоке боя обязательно зацепил бы своих.
По этой причине не рисковали пользоваться магией и мы. И именно поэтому пока я пробивался к Олегу, я старался держать между собой и Ландорфом несколько его сторонников.
Теперь же оказался перед дилеммой, помогать тому, то атакует иллюминатов с тыла и потом вместе спасать царя или же пробиваться к куполу.
Принял решение спасать царя. Сейчас, когда мы вместе, у нас появилась возможность применить магию. Оставив одного офицера прикрывать наш тыл, мы вчетвером ударили по тем мятежникам, что отделяли нас от Ландорфа и Нарышкина.
Удар получился сильным. В той или иной степени, были выведены из строя минимум полтора десятка мятежников. Но самое главное — нам удалось привлечь внимание Ландорфа.
Барон, увидев, что мы находимся буквально в нескольких шагах от него, снова отвлекся от Нарышкина и переключился на нас. Я не сомневался, что совместным ударом по барону мы сможем парировать его удар, но вот что будет дальше? Одному богу известно.
Тем более барон, хоть и переключил внимание на нас, однако почему-то не торопился наносить удар.
- Как думаешь, почему он медлит? – спросил я у Олега. Олег, до этого как бы нехотя, одной рукой, отражал атаку сразу двоих мятежников, глянул в сторону Ландорфа:
- Он забирает силу Дара у Нарышкина. Сейчас может зарядить, мало не покажется, - ответил Олег.
- Пора с этим кончать! – я собрал всю мощь своего Дара в неширокий, но концентрированный поток и ударил. Но ударил не по Ландорфу, который, видимо, чтобы отвлечь наше внимание, пытался выстрелить в меня из пистолета.
Я ударил по Нарышкину. Ну как ударил. Я постарался придать потоку своей энергии свойство сильной, но мягкой руки, которая не бьет, а скорее отталкивает.
В результате Нарышкин отлетел метра на четыре от барона и как минимум метра на три от купола.
Судя потому как он, упав навзничь, тут же сел и стал протирать глаза, будто только что проснулся, мне удалось разорвать его связь с Ландорфом.
Как только Иван Нарышкин отлетел, барон сразу тревожно заозирался, пытаясь понять, что произошло.
Не давая барону вникнуть в ситуацию, я буквально в два прыжка оказался между ним и Нарышкиным, успев попутно заколоть парочку нерасторопных мятежников.
В результате барон оказался в полу окружении. Перед ним Олег, Сергей и пара офицеров, а справа от него я. Позади купол.
Мое положение, тоже было так себе. Я развернулся лицом к барону, справа от меня был купол, позади приходящий в себя Нарышкин. И я не мог применять магию. Если применю –довольно легко мог попасть по своим. Олег и остальные тоже не могли нанести магический удар по Ландорфу.
Недолго думая, я атаковал барон своим клинком. Морфей не стал заморачиваться и пальнул в меня из пистолета. Попал, сволочь. Я почувствовал, как пуля вошла аккурат в солнечное сплетение, чуть повыше шрама-цветка.
Меня слегка отбросило назад, но на ногах я устоял. Несмотря на то что из меня обильно полилась кровь, особой боли я не чувствовал.
Более того, я разжег в себе зеленую энергию жизни и попытался залечить рану, заодно и выгнать из себя пулю.
Все это я проделывал, вновь атакуя барона. На это раз мне удалось его достать концом меча, спрятанного в трости. Уж тут я шанса не упустил, и по клинку моего меча побежали голубые искры.
Когда клинок проник в тело барона, туда же ударила и моя магия. Ландорф замер, удивленно посмотрел на меня, потом на свою рану, куда вливалась моя боевая магия и рухнул на пол. Подскочивший Сергей, хотел было добить барона, но Олег остановил уже занесенную руку Шереметьева.
- Не надо, Сергей Михайлович. Может, я и не прав, но, мне кажется, не следует его добивать. Он слишком много знает, чтобы вот так спокойно умереть.