Итак, окажись убитая наркоманкой, смертельно больной или начинающей террористкой, Жук отправился бы на Боровское шоссе копать ямку в лесополосе. Шала просто не представлял себе, кем должна была оказаться эта девка, чтобы волосок, на котором висела сейчас жизнь бригадира, не оборвался. Он решил даже, что просто придумает какую-нибудь версию с сумасшедшей или борцом за равенство, начитавшейся трудов наркома Луначарского, и пощадит бригадира, если версия подтвердится.
Но за те несколько часов, что прошли между убийством и появлением Кудрявого, в голову вору не пришло ничего рационального. Он так и не придумал, что должно быть в записке, чтобы появилась возможность помиловать Жука. Только развернув листок, вор понял, что перед ним — версия не придуманная и снимающая вину с бригадира.
Он перебрал в уме массу вариантов, но чтобы такой… Подобный поворот событий требовал времени для раздумья и ответов на дополнительные вопросы.
Шала сидел за столом и невидящим взглядом смотрел на экран телевизора, где Брюс Уиллис сокрушался по поводу забытых отцовских часов. Мысли его крутились и вертелись, как продавщицы в дорогом магазине, время от времени подобострастно замирая возле какой-нибудь версии случившегося: это не желаете примерить? Ни одно объяснение не нравилось вору, мысли продолжали суетиться, поднося новые.
— Кто ж ты такая, красавица? Кто же тебя послал? На что ты надеялась? — промолвил вор по-грузински, поднося записку к пламени большой настольной зажигалки в виде темной виноградной грозди.
Сквозь сон Валя услышала всхлипы.
В бараке по ночам часто кто-нибудь плакал, и Валя научилась не обращать на эти звуки внимания. Вот и сейчас она потянула на голову одеяло, чтобы оградить себя от чужой боли. Пальцы сжали мягкое одеяло, уложенное в накрахмаленный пододеяльник, и Валя, вспомнив, где она, резко села.
Плакала Ольга, калачиком свернувшаяся на своей кровати. Она всхлипывала и часто вздрагивала, как вздрагивают во сне температурящие дети, которым видятся огнедышащие драконы и пожары.
Валя знала, что сон подруги вовсе не наполнен сказочными чудищами. Она вскочила и затрясла Ольгу за плечо. Та всхлипнула громче, дернулась в последний раз и открыла глаза. Сначала она шарахнулась в сторону, но в следующее мгновение узнала Валю. Олино лицо исказилось, сморщилось складками отчаяния, и по щекам ее, перепрыгивая через эти складочки, покатились слезы.
Заплакав уже по-настоящему, Ольга протянула руки и обняла подругу за шею. Та обхватила ее и, чуть приподняв с подушки, положила ее голову себе на грудь. Она принялась гладить девушку по голове, что-то нашептывая, словно Оля и впрямь была больным ребенком, которого терзают жар и страшные сновидения.
— Опять… — пробормотала, всхлипнув, Ольга. Плечи ее ходили ходуном от сдерживаемых рыданий.
Ужасный сон неумолимо, безжалостно возвращался к ней снова и снова, унося ее назад, сквозь годы, бросая в омут кошмара, не желавшего остаться в прошлом.
С Максом Андросовым Ольга познакомилась на дискотеке. Вообще-то это сборище называлось «Вечером первокурсника», но в начале года еще мало кто из первокурсников успел сориентироваться в законах студенческой вольной жизни и многие даже не знали, где находится ДК института. Так что в зал набились по большей части люди бывалые и умудренные опытом. В том числе Ольга Климова с подругой и Максим Андросов с товарищами.
Познакомились, потанцевали, юноша проводил девушку домой. Все как у всех. Через пару месяцев молодой человек начал предпринимать первые попытки зайти чуть дальше поцелуев в подъездах. К его огорчению, Ольга оказалась девушкой строгих, даже пуританских правил и отвечала решительным и безапелляционным отказом. Как ни странно, Макс не обижался и не особенно настаивал. Такие отношения вроде бы устраивали обоих.
Подруги завидовали Ольге — родители парня были какими-то партийными шишками, а сам он играючи продвигался по комсомольской линии, — но Ольга не обращала на эти вещи особого внимания. Ее интересовал исключительно внутренний мир красивого умного юноши.
Идиллия была разрушена одним махом. Однокурсница однажды произнесла какую-то непонятную фразу: Максим проиграл Ольгу в карты. Что за чушь? Какие карты? Как это проиграл? Кому? Ольга не дала себе труда задуматься над подобным вздором. Она даже не вспоминала об этом… до того момента, когда поняла значение фразы.