Тело ее дернулось в судороге и застыло. Темная кровь быстро наполняла колею, оставленную после недавнего ливня какой-то иномаркой. Лейтенант МВД Александра Ильинична Веткина геройски погибла «при исполнении». Как и мечтала.
Серп знал, что рискует. Знал, чем рискует.
С другой стороны, шансы убить сразу двух зайцев были весьма высоки. Шланг уже подрезан, так что авария обеспечена. Если же Андросов останется жив, то деньги Серп все равно получит, а Гуза… А что Гуза? Добьет этого рекламщика сам, и дело с концом. Ну, не вышло у молодого боевика, что поделаешь! Не Сицилия, слава богу, чтобы за малейшую промашку в бетон закатывать! Вон тот же Жук столько леваков наделал, и ничего. Если бы не его, Серпа, пуля, то так бы и ходил бригадиром, а то еще и поднялся бы.
Размышляя в таком ключе о сложившейся ситуации, Серп вошел в бар, куда должна была звонить ему таинственная заказчица. Помня, каким дураком выглядел в своем прикиде в первый раз, Серп оделся более консервативно и опять попал впросак. Бар был оккупирован рокерами: нечесаными, облаченными в тертые джинсы и клепаную кожу. На Серпа снова косились, и он чувствовал себя вдвойне дураком. Сначала он даже решил, что заказчица специально издевается над ним, выставляя на посмешище, но потом сообразил, что кровожадная леди не могла знать, что на сей раз он переоденется. Напротив, она, скорее всего, решила сменить место, чтобы ее наемник не выглядел белой вороной и не привлекал внимания.
Надо же, какой такт! Серп усмехнулся, усаживаясь за стойку.
В баре орала музыка, и одна из колонок висела прямо над стойкой. Серп по опыту знал, что в таком шуме не услышит даже собственного голоса, и сразу перешел на язык жестов, указав бармену на нужный кран и подняв вверх указательный палец. Халдей кивнул и, быстро наполнив кружку, поставил ее перед клиентом.
Серп положил на стойку купюру: в таком бардаке наверняка было принято расплачиваться сразу. Кроме того, братку не терпелось именно таким вот купеческим жестом хлопнуть о барную стойку одну из тех новеньких бумажек, которые он получил только что в обмен на «портрет президента» в ближайшем обменном пункте. Хлопнул и тут же отвернулся, крутанувшись на вытертой грубой коже высокого табурета. Отвернулся, давая понять: сдачи не надо.
Да, когда-то он балдел от металлического рева «Экцепта» и тяжелого лязга «ТНТ». Чем громче, тем лучше. Теперь шум давил на уши. Интересно, как эта дамочка собирается ему звонить в такой бедлам? Телефон-то здесь, наверное, есть, но что там можно будет услышать?
Впрочем, она, судя по всему, баба не глупая. Не просто не глупая. Она очень даже умная и… непростая. В том, первом, баре с него не взяли денег. Почему? Бармен связан с заказчицей? Нет, это слишком. И почему она тогда не назначила встречу там же? Неужели из-за его прикида? Дамочка с тактом… А почему она, кстати, сразу не проявила этот свой такт?
Серпа осенило: раз она не сразу назначила ему встречу в этом рок-балагане, и если она, в самом деле, приняла во внимание его внешний вид, то… Серп хлопнул себя по лбу. То это может означать только одно: она никогда не видела его раньше! И либо бармен описал ей, как он, Серп, выглядит, либо она сама была там. Может, сидела себе спокойно за одним из столиков. Нет, за столиком она сидеть не могла: она же звонила ему по телефону. Позвонить из зала не такая уж проблема, но он бы услышал ее и вообще заметил бы женщину с трубкой мобильника. Тогда остается вариант с барменом. Халдей должен знать заказчицу. Любопытно будет поболтать с ним на досуге…
Кто-то хлопнул Серпа по плечу, прервав плавно разматывающуюся нить размышлений. Серп обернулся.
Бармен что-то прокричал ему, тыча пальцем куда-то в сторону.
Губы халдея шевелились безрезультатно — Серп ничего не услышал. Но, проследив за направлением пальца, увидел обитую жестью дверь, ведущую, вероятно, в подсобные помещения.
Серп кивнул, слез с табурета и стал пробираться вдоль стойки. Дойдя до двери, потянул за ручку. Дверь открылась на удивление легко, хотя с виду казалась тяжелой. Он вошел и оказался в коридорчике с выложенными до середины белым кафелем стенами. Рядом возник бармен и, махнув рукой в конец коридора, крикнул:
— К телефону!
В подсобке было намного тише, а потому соображалось быстрее. Серп не стал допытываться у халдея, откуда тот знает, что зовут именно его, Серпа. Просто пошел указанным маршрутом и, завернув за угол, увидел телефонный аппарат, стоящий на старом канцелярском столе. Трубка лежала рядом, Серп поднял ее и поднес к уху: