Глава 16.1
— Кир, не сегодня, — попыталась убрать его руки со своей груди.
В ответ Лавров насупился, — вздохнул с обречённым видом. Однако это не помешало ему вернуть свои ладони на прежнее место. Ксюша поёжилась — его прикосновения, как всегда, вызвали волну мурашек по всему телу.
— Кир! — одернула его.
— Что? — непонимающе протянул он.
— Руки убери, — попросила в очередной раз. Даже голос немного повысила, потому как сопротивляться его натиску с каждой секундой становилось всё труднее.
— С чего бы? — деланно удивился, — и не подумаю даже. Имею законное право, — пробормотал Лавров, продолжая целовать её плечи.
— Если ты хоть слово скажешь про супружеский долг, то я тебя укушу, — предупредила Ксюша.
— Кусай, — довольно согласился, подставляя к её губам своё плечо. — И да, — замолчал, будто вспоминая, — про долг я ничего не скажу, я просто его потребую.
Повернул её лицо, чтобы удобнее было добраться до губ, пригнулся ближе и стал медленно целовать, распаляя её и себя всё сильнее.
Она до сих пор не верила, что они сделали это. Подумать только: она стала его женой! Теперь она Лаврова Ксения Сергеевна. Может, она до конца сможет поверить, когда возьмёт в руки новый паспорт на другую фамилию? Улыбнулась, вспоминая утро, в которое она согласилась принять предложение. Да по сути это и предложением-то назвать нельзя, скорее, это было констатацией факта.
…Они завтракали на кухне.
— Ягодка, ты так и не назвала дату нашей свадьбы, — то ли упрекнул, то ли напомнил Лавров.
Кирилл уплетал свою любимую глазунью, Ксюша дожаривала последнюю порцию сырников, время от времени отпивая чай из новой кружки. Кир сразу подарил ей другую, не похожую на ту, что она тогда разбила. Он решил, что на его кухне у Ксюши должна быть своя, особенная чашка. И совсем неважно, что в шкафчике с посудой стояли целых два чайных набора и ещё несколько кружек. Не было же среди них чашки с изображением Кирилла, облачённого в одни спортивные штаны.
— Ты ешь, ешь, не отвлекайся, — поддела она его и перевернула шкворчащие комочки на другую сторону.
Сегодня каждый позаботился о своём завтраке сам: Лавров терпеть не мог сырники, Ксюша никогда не жарила глазунью. Вот всё умела готовить: и мясо, и рыбу, и десерты, только яичница в том виде, как нравилось Киру, у нее не получалась. Они даже установили негласное правило: Ксюше запрещено готовить яичницу для Лаврова.
— Ответ не засчитан. Жду правильный вариант.
— Мы же уже решили, — театрально вздохнула, будто с неразумным ребенком разговаривала, — договорились, что жениться не будем, — продолжила невозмутимо Ксюша, даже бровью не повела.
Взглянула на Кира в упор и нарочито медленно подошла к нему. Её неспешность вызвала у Лаврова волну протеста. Ягодка просто убивала его своим спокойствием, внутри всё кипело от её упрямства.
— Это ты решила и сама с собой договорилась, я с тобой об этом не договаривался! — возмутился, не сдержав недовольства, посмотрел тяжёлым взглядом, будто пытался её образумить.
Ксюша вздохнула, присаживаясь напротив него. Подвинула ближе чашку с чаем, а потом обратно отставила:
— Кир, ты же знаешь, что не стремлюсь я выскочить замуж. Ни к чему всё это. Я уже говорила тебе.
— Говорила, — согласился Кирилл, — но это не значит, что я с тобой согласился.
Ксюша резко вскочила с места, подошла к плите, проверяя готовность сырников.
Так же резко повернулась:
— Да и вообще, штамп ничего не решает в отношениях, он никогда никого не удержит, смысл бежать в ЗАГС?
Лавров молчал, внимательно слушая её аргументы.
— Кир, мне не принципиально, есть ли печать в паспорте или нет! — уже не с таким напором проговорила Ягодка, а после небольшой паузы уже совсем тихо добавила: — И вообще, это не главное...
— Я понял твою позицию, — спокойно ответил, а в глазах уже смешинки.
Явно что-то задумал. Ксюша ожидала услышать наверняка продуманную речь. По лицу его видела, что готовился.
— Давай рассуждать логически.
Кир подошёл к Смородине, привлекая к себе за плечи, уткнулся подбородком в её макушку и продолжил:
— Вот смотри, тебе всё равно, есть ли штамп или нет. Так?
Ксюша утвердительно кивнула.
— А мне принципиально, чтобы в паспорте стояла печать. Так?
Дождался очередного кивка и продолжил:
— Значит, мы сделаем так, как будет и тебе, и мне хорошо.
— Как юрист я не могу не согласиться, но прежде хочу услышать твоё решение ситуации.
— Если тебе без разницы, следовательно, тебя не расстроит наличие штампа в паспорте, а мне это принесёт спокойствие, — поцеловал её в макушку и притянул ближе к своей груди. — При таком раскладе все счастливы: и ты, и я, — усмехаясь, закончил свою речь.
Ксюша поджала губы, едва сдерживая смех. Вот как с ним спорить, да ещё когда он так близко! Лавров развернул её к себе и стал целовать, будто таким образом убедить пытался в своей правоте.
— Ну, как тебе такой расклад? — спросил после затянувшегося молчания.
— Ладно, Лавров, твоя взяла, — отдышавшись, ответила Ксюша.
— Я знал, что мы сможем прийти к общему мнению, — довольно сообщил он, продолжая лениво поглаживать её спину.
— Ты был о-о-очень убедителен, — протянула она.
Наклонилась к нему ближе, подставляя губы.
— Целуй, — заявила, — ещё хочу. Надо скрепить сделку.
— Запросто, — Лавров вновь припал на пару секунд к её губам, после чего ухмыльнулся:— Ягодка, так не скрепляют удачную сделку. Пойдём, я покажу тебе, как именно это надо делать. — Направился в спальню, увлекая её за собой.
— Надеюсь, ты больше ни с кем так не скрепляешь свои сделки? — шутливо поинтересовалась, но он заметил в её глазах промелькнувшее опасение.
— Только с тобой, — заверил Кир, стягивая с неё домашнюю майку…