тор, этот, татарин тоже бегал, с компанией своих заместителей, Алик старался его не принимать, а вот заместителей привечал, намекал, что скоро все измениться. Нужно только потерпеть. А директор что учудил, когда долг Алика превысил уже шестизначную сумму в долларах, Алику так удобнее считать было, он в прокуратуру обратился. Хотя вообще Алик возможность такого поворота рассматривал, но надеялся на то, что у «этих» денег не хватить, государственную пошлину заплатить, там же какие то проценты от суммы требований нужно платить, Алик вообще то, такую большую задолженность поэтому и копил, чтобы госпошлины не хватило, но оказалось, что прокуратура вообще может безо всякой государственной пошлины в суд обращаться, в защиту интересов кредитора. Безобразие, беспредел полный, где свободный рынок, если государство вмешивается в отношения двух самостоятельных субъектов? Алик так думал, негодуя при этом. Это же основной закон рынка, «выживает сильнейший»! Однако же, коль скоро вопрос возник, нужно его решать. Пришлось Алику напрямую открыть свои планы зловредному татарину. Совещание собрал, татарин со своими заместителями пришел, Алик на это и рассчитывал, между прочим, потому что с этими ребятами уже неоднократно общался по данной теме, пообещал много чего, это всегда можно делать, обещать в смысле. Алик, например, из древней истории запомнил одну фразу, принадлежащую как говорили, Филиппу Македонскому, папе Сашки Македонского. Там дело как было, Филипп сдуру осадил какой то греческий город, не то Коринф, не то еще какой то, это неважно. Осадил, значит, ждет, когда жители сдадутся. А тут Афины вмешались, весь флот ихний приплыл, кораблей на море, черным-черно. И Афиняне конечно с претензиями к Филиппу, дескать, не трожь этот городок, а то как вмажем! Филипп подумал, да и отступился, дескать, да ладно, ладно, ухожу, потому что очень сильно Афины уважаю и люблю, даже обещаю больше это Коринф, ни при каком раскладе не трогать! Не очень то кстати и хотелось! Ну и отошел, афинский флот тоже немножко около Коринфа проболтался, попьянствовал, да и к себе уплыл. Ну, решен же вопрос. А оказывается, что нифига и не решен! Филипп с соседнего пригорка следил за этим делом и как только афинский флот скрылся, на достаточное расстояние, Филипп тут как тут! С гор спустился, Коринф захватил, жителей, кого в рабство продал, а кого и просто, незамысловато убил. Он простой мужик был, без церемоний, Филипп этот. Конечно Афины узнали, сначала было дело, кипиш, поднялся. Дескать, поплывем, .издюлей Филиппу накидаем, чтобы неповадно было. Собрались было, да тут осень настала, а потом и зима пришла. Шторма, ветры, непогода. Плыть, так, глядишь и весь флот потопишь, а до козла Филиппа так и не доберешься. Решили не плыть, но гонца все же к Филиппу послали, дескать «...ну как же так, могло случиться? Ты же обещал не трогать». А Филипп, этому гонцу именно и тогда сказал слова, которые Алик потом на всю жизнь запомнил, и всегда ими руководствовался, дескать: «Обещать можно все что угодно, но не все из обещанного следует исполнять". Детей обманывают игрушками, мужей - клятвами»! Мудрый человек, мудрые слова! Поэтому Алик обычно, с обещаниями особо не напрягался, сложилась такая ситуация, ладно, можно и пообещать чего ни будь, а исполнять обещанное или нет, это уже совсем другой случай! Как бы там в дальнейшем ситуация не повернулась, замы к моменту этого разговора были уже на Аликовской стороне. Вот они все вместе на директора и насели, такая, мол, ситуация, некуда деваться, нужно с Аликом соглашаться. Сила на его стороне, да вообще всем же лучше будет! Директор сначала упирался, все судом грозил, но потом остыл, взвесил все и согласился. Только условие поставил, чтобы Алик с работягами рассчитался и чтобы предприятие не гробил. Старое предприятие потому что, заслуженное. Алик конечно согласился. А дальше все пошло уже как по маслу. Заявление из прокуратуры директор забрал, прокуроров лично Алик успокоил. Тут налоговая заявление подала, СКЭР этот, дескать, налоги не платит, банкрот получается. И быстренько признали его полным банкротом. Мужичка туда посадили, конкурсного управляющего, долги банкрота закрывать. А какие долги? Аликовские долги только и есть, Алику пришлось с конкурсным, с этим встречаться, тот конечно сперва на дыбы встал, мол, никакое это предприятие не банкрот, и если долг с тебя взыскать, то оно и дальше будет себе работать, и процветать. Пришлось Алику опять разговаривать, убедил все же. Работяг, всем скопом к себе принял, чтобы шума не было. Хотя какой там шум, для работяг ничего в принципе не изменилось, на тех же местах где до банкротства работали, там же и продолжали работать. Правда возник один неприятный момент, оказывается Алику нельзя было имущество выкупать этого предприятия банкрота, ну потому что он же его до банкротства и довел, в конце то концов. Но тут уже Саня помог, нашел среди своих одно предприятие, завод ферросплавный, куда Алик электроэнергию поставлял. У тех перед Аликом долг образовался, а СКЭРу они как раз ничего не были должны. Просто дел никаких общих у ферросплавного завода с СКЭРом не было, и быть не могло. Вот завод, как самый чистенький и взял весь СКЭР в аренду, и сразу Алику передал, в субаренду значит. Сам завод не при делах, только арендную плату за оборудование платил конкурсному, да и то, в счет погашения задолженности перед Аликом. Потом конкурсный торги объявил. Торги прошли ровно, завод, на полном законном основании СКЭР на торгах купил с потрохами. Деньги внес. Конкурсный из этих денег с работягами рассчитался. Алик конечно против был, но конкурсный объяснил, что эти деньги никуда больше пойти не могут, кроме как на выплату задолженности по заработной плате. Сам тоже в накладе не остался, свое вознаграждение получил, тоже немаленьким оно оказалось, а даже очень большим. Завод тут же, купленный с долгов СКЭР Алику перепродал, в счет погашения задолженности перед ним за электроэнергию. Так Алик и стал на СКЭРе полным хозяином. Сане доложил, что все успешно прошло. А Саня обругал его, дескать, и где же ты успешность видишь? Где здесь «кидок»? Хоть бы работяг с зарплатой кинул, что ли, а так вообще по-детски все сделал, живые деньги отдал, да еще и имеешь наглость гордится. А чем, собственно говоря? Неприятный это был разговор. Стыдно Алику стало. Но он на этом директоре-татарине отыгрался, выкинул его потом, на фиг. А потому что нечего было в прокуратуру "стучать"! Испортил все, так, если бы без шума, глядишь и дешевле получилось бы. А так вон, Саня недоволен остался.