Сане, Алик, не стал ничего говорить, но так получилось, что возникла у него с этим депутатством одна проблема. Дело в том, что по каким то идиотским местным законам депутатом мог быть только местный. Ну в смысле, местный по гражданству. Почему такая дискриминация, Алик до конца так и не понял. Но так как Саня у него специально уточнил, готов, мол, Алик, к депутатству? Нет проблем? А то, если есть проблемы, говори, давай, сейчас, тут «на берегу». Быстро все назад отыграем. А то сам понимаешь, это дело дорогое. Все расходы, в случае провала ты нести будешь. Алик тогда заверил Саню, что, готов, мол, нет проблем. Не подведу. Но на самом деле проблема имелась. Только Алик о ней позже узнал, когда спросил юриста про законы в этой сфере. Да, да, с юристами пришлось общаться. Хотя вообще то Алик это племя жутко презирал, и даже ненавидел, ну ОБХССэсники из них же делались? Вот тогда и услышал про гражданство. Оно у Алика вообще то было, и не одно даже, а целый набор паспортов, тут и узбекский паспорт, и киргизский и российский, и даже немецкий. Алик специально дом в Германии купил, чтобы сначала вид на жительство получить, а потом уже и паспорт. За каждым паспортом своя история. Вот узбекский, Алик его сделал, когда от киргизов убежал. Злобный народец, эти киргизы, все-таки. Решил в Ташкенте пережить смутные времена. Но не получилось у него. То есть так конечно было потише, чем в Киргизии. Но.... Не было для Алика ниши, чтобы деньги заколачивать. Там все уже давно сидели на своих местах, так прочно срослись со своими креслами, что стали чем то похожими на кентавров, на этих, про которых сказки рассказывают. "Креслозадые" такие, Алик так их называл, когда понял, что никто его в Ташкенте не ждет, никто хлебную должность ему не даст. Ну и будучи в сильном раздражении, Алик из Ташкента быстренько уехал. И вообще то вовремя, как оказалось. Как раз успел на эту электрическую станцию попасть. Так что на память об Узбекистане остался только паспорт. Один из многих. Любил Алик перебирать паспорта, рассматривать их, щупать. Даже мысли у него не возникало, что их можно выбросить. Очень ему нравилось ощущать себя такой значительной личностью, поистине международного масштаба. Но тут не пригодились все эти гражданства. Повертел Алик эти паспорта и в тумбочку бросил, а сам стал планировать, как новым паспортом разжиться, тутошним, казахским. Вот уж не думал он, что появится такая необходимость. Но вот, появилась..... Как говорится: «Человек предполагает, а Бог, располагает». Нет, сначала Алик надеялся напрямую с местными чиновниками договориться, пусть хоть гражданина Киргизии в депутаты возьмут. Ну какая им разница, киргизы и казахи почти братья, ведь. А новый паспорт делать дорого... Но только намекнул, как ему сразу указали на то, что такой поворот невозможен в принципе, что хотя чиновники и уважают Алика, но тут ничем помочь не смогут. И в пример поставили случай с одним немцем, который сунулся, было в депутаты с немецким паспортом и видом на жительство в Казахстане. Так не смотря на то, что у него и вид на жительство был, и сам он местный немец, тут родившийся, но разоблачили и из депутатов изгнали. Вот такие принципиальные они люди. Государственные, вот! Делать нечего, решил Алик снова провернуть свой трюк с недвижимостью, ну как в Германии, в этой. Купил домишко в почти родной Джамбульской области, в деревне в одной. Ну а поскольку область то южная, связи у него там имелись, людей понятливых нашел, так что проблем с оформлением покупки не возникло. Ну то есть, как не возникло? Возникли, конечно, кое какие затруднения, вздорные, как тогда подумал Алик, и быстренько их решил. А что трудного, все так же как и в Киргизии, дал денежки нужному человечку, вот и нашел понимание. Казахи и киргизы, братья, это точно, во всяком случае, в денежном, этом вопросе. Ну а потом, как владелец недвижимости, удостоверение на себя оформил. Это значит, гражданство принял. Вот с этим удостоверением, довольный, он и отправился в избирательную комиссию. Вот, мол, « читайте, завидуйте, я гражданин, имею право быть депутатом, ага !» Но там снова сложности возникли. Оказывается удостоверения надо менять при переезде, из одной области, в другую. Нет, ну не маразм ли? Это требование нервировало Алика, просто потому, что там, на юге, Алик знал, как удостоверения делались. Вот и встревожился. Пришлось и тут денежку платить, уже местным «стражам порядка», хапуги, проклятые. Но все же сделал удостоверение и на выборах, был красавчик, не подкопаются недоброжелатели. А про другие паспорта, Алик не стал никому ничего рассказывать. Зачем им это? Ни к чему ... Но оказалось, что шила в мешке не утаишь. Как то зам, к нему напросился. Алик принял его, хоть и было, какое то чувство разочарования, были с его стороны кое какие недоработки, но все же свой, нужно привечать. Зам быстро прибежал, а только, что то Алик смотрит, вроде как он сам не свой. Мямлит что то. Видно, что пришел не по работе. Поэтому, Алик, гордясь своей проницательностью, посмотрел ему в глаза и сказал, давай, мол, чего елозишь. Выкладывай, зачем пришел. Зам вздохнул, и виновато глядя на Алика, подтвердил, да, шеф - ака, от вас ничего не скроешь, так что вот тут какое дело. Узнал я, что вы себе гражданство местное сделали. А как бы и мне? Я же гостарбайтер получаюсь, с узбекским паспортом то. Постоянно, какие то разрешения приходится оформлять, в милиции на учет становиться. Очень надоело, как бы и мне гражданство сделать, а? Алик аж чертыхнулся, про себя. Да что же это такое! Никто секретов хранить не может, что ли? Ну, это, наверное, тот мент проговорился, который удостоверение менял, вот ведь как, верить людям вообще нельзя, а уж тем более ментам, и что самое обидное, заплатил же за кон