— Я пойду с тобой, Кевин, — предложила свою кандидатуру Линин. — Если бы не ты, я сейчас висела на виселице, на обозрение ротозеев. Так что, перед тобой я в неоплаченном долгу.
Кевин никогда бы не согласился на такую жертву со стороны Линин, но Тиф опередил его:
— Это очень плохая идея. Женщинам на болте не место, если только вашей целью не является желание разозлить ведьму. Тогда вы умрете оба. Ни одна ведьма не потерпит соперницу в своем доме.
— Я не ведьма! — Линин злобно посмотрела на Тифа. Но на ее испепеляющий взгляд, Тиф никак не отреагировал.
— Все женщины в чем-то ведьмы. К тому же, напомни нам: по какому обвинению, ты чуть было не угодила на виселицу? — Линин промолчала, а Тиф продолжил: — Если ты пойдешь один, тогда болотные духи не будут столь требовательны, а потому ты сможешь повидаться с Диздэйн. Хотя, на твоем месте я бы не стал искать встреч со старухой. Но ты ведь не последуешь моему совету, как обычно.
— Ты прав, Тиф. Я пойду один, — сказал Кевин, и развернул Фаундэра в сторону поля, за которым начинался лес. — Думаю, это самый оптимальный вариант.
3
Тиф, в общих чертах, объяснил ему путь, хотя и признался, что никогда не бывал в гостях у ведьмы, но не единожды слышал истории от тех, кто решился зайти далеко в лесную чащу.
— Когда дойдешь до мест, через которые коню будет не пробраться, привяжи его к ветке одного из деревьев, — напутствовал его Тиф. — И не забудь нож, что принадлежал бывшему владельцу коня. Он тебе может пригодиться.
Линин спрыгнула вниз и поспешила в поле, что отделяло лес от тропы. Вернулась она примерно через десять минут, держа в руках некие травы.
— Держи это. — Линин протянула букетик Кевину. — Диздэйн хоть и ведьма, но, как и все женщины, она наверняка должна любить подарки. Эти травы используются для приготовления зелий, а потому данный жест внимания должен ей понравиться.
— А говорила, что не ведьма. — Не упустил момент для колкости Тиф. — А в травах толк знаешь. Хотя, это отличная идея. — Тиф перевел взгляд на Кевина, став более серьезным, хотя в его случае, все выражения лица (кроме недавнего приступа смеха) были либо суровыми, либо вдумчиво-суровыми. — Диздэйн не жалует чужаков на своем болоте и, скорее всего, не станет даже разговаривать с тобой, но маленький подарочек настроит ее на нужный лад. Но, ты должен знать, что еще до болота, в лесу ты можешь повстречать неких тварей, которые будут гораздо опаснее ведьмы. А потому, ты должен помнить, что за все время путешествия, ни разу не должен оборачиваться назад, не останавливаться и не бежать на помощь, даже если услышишь крики и мольбу. Ты можешь это мне пообещать?
— Да, Тиф. Спасибо за совет и за все то, что ты для нас с Линин сделал. Я думаю, что мы с тобой еще увидимся.
— Не желательно, — ответил Тиф, и прежде чем Кевин задался вопросом: шутить ли его товарищ или нет, Тиф позволил себе кривую улыбку. — Почту за честь выпить с тобой стаканчик рома. К тому же, было бы интересно послушать твою историю о встрече с ведьмой.
— А еще, хорошо было бы узнать, в какой части Молодого Мира ничего не знают про Океан Надежд, — добавила Линин, затем подскочила и поцеловала Кевина на прощание в губы.
— Меня ты сможешь найти в одной из таверн ближайшей отсюда губернии. — Тиф развернул Верраса и приготовился продолжить путь в сторону горизонта. — Надеюсь, что уже вечером я будут пьян как старый сапожник.
Линин села в седло и развернула своего коня вслед за Тифом.
— До скорой встречи, мой герой. — Сказав это, девушка пустила коня галопом.
Кевин какое-то время оставался стоять на тропе, глядя им вслед, затем направил Фаундэра в поле, в сторону Ивенского леса.
Конь мчался вперед, наклонив голову вниз, быстро перебирая ногами. Кевин чувствовал, как работают мышцы коня, пружиня и перекатываясь под вороной кожей.
— Вперед, Фаундэр! — не удержался от восторженного крика Кевин, наполненный чувством свободы, несясь навстречу ветру. Ароматы весны пьянили и кружили ему голову своей свежестью и разнообразием. Фаундэр мчался без устали и, казалось, что он набирает скорость с каждым шагом, от чего лес становился все ближе и ближе. Все вокруг выглядело столь девственным и прекрасным, каким бывает только в резервациях и национальных парках. Ветер гудел, касаясь его лица и развивая гриву коня. Словно, вся красота мира окружала его в эти минуты, принося с собой радость и блаженство.
Но когда они были уже совсем близко к Ивенскому лесу, Фаундэр начал сбавлять скорость, затем он перешел на шаг, а прямо перед самым лесом и вовсе встал как вкопанный. Как не старался, Кевин не смог заставит коня сдвинуться с места.