Красноармейцы, следуя за командиром и парторгом, покинули дом и в темноте незаметно подобрались к одному из соседних зданий. Прислушались. Приглушённо звучала немецкая речь. Значит, здесь гарнизон. Забросав окна гранатами, бойцы решительно ворвались в дом и за несколько минут уничтожили гитлеровцев, закрепившихся там. Семь из них истребил Павел Прыгунов. Потом воины очистили от фашистов прилегающие дома и вплотную подошли с фланга к вокзалу Алекс, недалеко от которого уже сосредоточивалась вся штурмовая группа со средствами усиления.
Станция электрички, метро, ряд платформ были забиты гитлеровскими войсками. И без того мощная группировка врага постоянно подкреплялась свежими силами, которые по тоннелям метро перебрасывались с других участков и сразу вводились в бой.
И тогда по врагу ударили орудия всего корпуса. Вперед ринулся штурмовой отряд 288-го стрелкового полка. Особенно отличились здесь командир батальона Ишбулатов, младший сержант Яшагашвили, комсорг Морозов, старший сержант Легких, наводчик Андреев и многие другие. Здания метро и вокзала воины взяли штурмом, 180 оставшихся в живых гитлеровцев сдались в плен. Значительное количество немцев было пленено и в других домах, прикрывавших подступы к метро и вокзалу.
Затем наши подразделения разгромили противника в универмаге и отеле и полностью овладели площадью Александернлац. Исключительное упорство и массовый героизм проявили бойцы 988-го стрелкового полка подполковника А. М. Ожогина при разгроме фашистов, засевших в огромном здании государственной типографии, раскинувшемся по обе стороны улицы. Именно в этой типографии, находившейся в непосредственном ведении Геббельса, печатались приказы и документы, направленные на устрашение населения.
Больших успехов добились части 32-го стрелкового корпуса, наступавшие к острову музеев. Там 60-я гвардейская и 416-я стрелковые дивизии под прикрытием армейской и корпусной артиллерии частью сил с боем форсировали Шпрее, стремительной атакой захватили серую громаду холодильника и продолжали решительные бои.
Теперь уже было недалеко до Бранденбургских ворот и рейхстага. Враг был стиснут на небольшой полоске, протянувшейся с восточной до западной окраины Берлина. Каждый наш снаряд теперь попадал в цель, а подавляющая часть фашистской обороны находилась под пулеметно-ружейным огнем советских войск.
В то время как 230-я стрелковая дивизия уже заканчивала ликвидацию фашистского гарнизона в государственной типографии, войска 26-го гвардейского и 32-го стрелковых корпусов очищали от гитлеровцев квартал за кварталом, углубляясь с боями в центр вражеской столицы. В целом же 5-я ударная к исходу 28 апреля, завершив прорыв обороны в центре Берлина, вышла своим правым флангом в южную часть Пренцлауерберга, а левым — в район Ангальтского пассажирского вокзала.
Фашистское командование предпринимало самые энергичные меры для того, чтобы остановить наше наступление. С южного берега Ландвер-канала через полуразрушенные мосты и одновременно со стороны Бергерштрассе оно бросило в контратаку танки, самоходки и пехоту. В кровопролитном бою эти силы были в большинстве разгромлены, а их остатки в беспорядке отступили...
Когда же наши части пробились непосредственно к привокзальной площади, их встретил здесь ливень вражеского огня. И сразу развернулись жестокие бои в зданиях, прилегавших к Ангальтскому вокзалу, в почтамте, метро, кирхе и домах на северном берегу канала.
В каждом из фундаментальных узлов сопротивления укрепилось от 150 до 250 фашистских солдат и офицеров. Они надеялись, что их спасут могучие, толщиной до двух метров, стены и заранее скоординированный перекрестный огонь. Особенно большие надежды враг, видимо, возлагал на кирху, гарнизон которой держал под обстрелом треугольник улиц Сарланд, Халлеше и Гроссбеерен, прикрывая подступы к огромному станционному почтамту, к Ангальтскому вокзалу и другим крупным объектам, особенно на Сарландштрассе.
Ангальтский вокзал состоял из двух самостоятельных станций — пассажирской, которая была в полосе боевых действий нашей армии, и товарной — в полосе левого соседа. Тут было много пакгаузов, будок и других строений. Большое хозяйство железнодорожного узла протянулось на пять километров.
Ангальтский был главным ил всех 13 вокзалов фашистской столицы и располагался в центре правительственных кварталов. Именно сюда приезжал Гитлер в подаренном ему Муссолини бронированном поезде после захвата Франции и оккупации многих других стран Европы. Сюда же по приказу фюрера пригнали исторический вагон, в котором когда-то руководители кайзеровской Германии подписали акт капитуляции перед Францией. Впоследствии, после вторжения фашистов в эту страну, Гитлер принял в этом вагоне капитуляцию продажного правительства Петена.