Весна
***
— Вы берете эту женщину в законные супруги?
— Да.
— А Вы, берете этого мужчину в законные мужья?
Я не совсем понимал, где я нахожусь и что я тут делаю, но после того, как девушка сказала "Да", мне сунули в руки деревянное блюдо. В нем лежали странные золотые украшения: от бандитских цепей, до золотых наручников. Жених и невеста сидели за раскладным столом, скрытым пожелтевшей скатертью. Их лица едва выглядывали из-за глубоких блюд с салатами и вареной картошкой. А сзади красовался пестрый настенный ковер.
— Теперь вы можете обменяться кольцами.
И множество невидимых глаз уставились на меня из зеркал серванта, который стоял сбоку от стола. Я еще раз посмотрел на блюдце в моих руках и не нашел там колец. Казалось, что я сейчас все испорчу и легкая испарина выступила у меня на лбу, а коленки начали предательски подгибаться. Жених и невеста просто смотрели вперед.
Я сделал несколько шагов к ним, когда увидел перед собой двух манекенов. Я задумался. Неужели манекены тоже хотят быть вместе? Разве они могут друг другу что-то дать? Хотя это было не мое дело. Я подошел к ним и начал методично надевать на них все, что нашел на подносе.
— Поздравляю вас с праздником.
Зеркала завибрировали от громогласного "Горько".
— Раз... Два... Три...
Я оказался на улице. Башенные часы без минутной стрелки показывали три часа. Я сделал оборот вокруг своей оси, и часы показали четыре.
Я шагал по туманной алее, разглядывая ряды одинаковых деревьев. Нельзя было определить, что это были за деревья - их листья были как будто написаны очень водянистой акварелью. Только цвет их совпадал. Под ногами хрустели желуди, каштаны и шишки.
В конце пустынной улицы из тумана показалась пара - женщина и свинья на поводке. Хотелось подойти и почесать животное за ухом, но я не был уверен, что это был домашний питомец. Если нет, то было бы очень некрасиво. Я стушевался и, опустив глаза в землю, прошел мимо. Когда я оглянулся, их уже не было. Очень захотелось хрюкнуть им вслед. Не задорно, как это делают веселые поросята, а жалобно, словно прошу их взять меня с собой.
Пахнуло свежей травой на солнечном лугу, и город потянул меня в сторону, но я уперся и не захотел идти следом. Я еще не устал. Я хотел застать наступление весны. Это было очень редкое явление в этом городе. Мне никто не рассказывал о нем, но я знал, что оно происходит здесь. Каждый день. Но, как и все в этом городе оно должно найти тебя само.
Я продолжал двигаться по аллее, но ни домов, ни других улиц не было видно, а луг не оставлял меня и преследовал. Я знал, что достаточно обернуться, и ты окажешься на солнечном поле, которому нет конца и края, а аромат травы и тепло лучей согреют замерзшие кости и вдохнут новую жизнь. Но чем чаще там отдыхаешь, тем сложнее делать шаг обратно в город и наблюдать.
Я шел, пока деревья аллеи не сменились рекламными щитами. На них ничего не было, но они появлялись по обе стороны все чаще и чаще. Я подошел к одному из них и увидел отражение луга у себя за спиной. Я резко обернулся, но увидел все ту же аллею. Я снова вышел на середину улицы и внезапно все щиты загорелись рекламой ясного неба. Она была такая яркая, что резала глаза. Я зажмурился.
***
Я проснулся на качелях. Я очень их любил, хотя раньше боялся. Тебе говорят, что не будут раскачивать сильно, но через секунду тебе перехватывает дыхание, и ты делаешь солнышко. Так люди теряют веру, где-то на самой вершине оборота. Я пытался раскачаться изо всех сил, но получилось раскачать только землю. Это уже не первый раз, как я нахожу ось города.
Я встал и оказался перед углом красивого дома. Или просто перед красивым углом. Большая часть дома была неровно сокрыта плотной пеленой тумана, словно здесь пролегала граница города. Не рядом с домом, а через него. С правой стороны была дверь. Я потянул за ручку, и она поддалась. Внутри меня ждал пингвин.
— Ты как раз вовремя, мы начинаем обряд инициации.
— Хорошо, что я не торопился.
Пингвин повел меня вглубь дома, в сторону густого леса. Гул множества голосов приближался с каждым шагом, а когда деревья расступились, передо мной как огромная гора выросла горка. Она спускалась к реке, на которой стоял плот, а на нем уже ожидали пингвины.
— Тебе нужно спуститься по горке и взлететь. Это докажет, что ты достоин участвовать в великой миссии.
Пока я поднимался на горку, я думал, как бы уйти отсюда. Я чувствовал, что не должен вмешиваться в события, а должен просто наблюдать. Мне казалось, что деревянные помосты пугающе скрипели под моими ногами, пока я поднимался. Я боялся, что они проломятся подо мной, но потом вспомнил, что пингвины как бобры — отличные плотники.