В чудовищном плену водоворотов
Я — горная река…Легко и быстро,сверкая изумрудною волной,прокладываю в русле каменистомдорогу, отведённую судьбой……В безудержном, воинственном азарте,всё больше размывая берега,расплескиваюсь радостно по картепротоками, ручьями…А снегапитают мою душу новой влагойоттаявших, могучих ледников……Пьянённые чудесною отвагой,спешат сюда из разных городовкрасивые, задорные мужчины,в надежде укротить мой пылкий нрав —ныряют в лучезарные глубинына маленьких и хрупких каяках……О, я ценю их мужество!А, значит,не стану безобидным ручейком —жестоко…… беспощадно…(не иначе)возьму мужское сердце на излом……В чудовищном плену водоворотовнет места чьей-то слабости, увы……Нет жалостиу дерзкой и свободнойстремительной, безудержной волны……И вновь смотрю с надеждою в долину(мечтая покоренной быть)— Ау!!!!!!!!!!!Ну, где же ты?Ну, где же ты, мужчина,что сможет укротить меня?Я жду!
И это пройдёт
Я устала —что, в общем, нормально……Просто к вечеру тихая грустьзаползает, шурша, в мою спальню,вызывая сумятицу чувств………Что вы…… что вы?Не надо бояться…Пусть свивается тонкой петлей,изучая прожилки запястья —для чего? — не пойму…Боже мой…Не змея, так сердечная жаба,до утра копошится в груди:безобидна — ни зубьев, ни жала,но достала… достала… достала(!)Умоляю!Прошу…… уходи……И не надо дурацких вопросов —я слаба …беззащитна, увы,перед логикой сонного мозга,и бегу в бесконтрольные сны…Что б там в этих кошмарах не снилось,я уже ничего не боюсь,ведь во сне очевиднейший минуспробужденье меняет на плюс…Да, устала…… любить…… откликатьсяна улыбки…… упрёки…… щипки……и с самою собой объяснятьсявпопыхах — от строки до строки……Быть всего лишь рабой Вдохновенья…Но никто… никогда не поймётто, что рабство — отнюдь не варенье,и уж точно не липовый мёд……Мне ли — страждущей только свободы —птице вольной пенять на судьбуи нехватку в крови кислорода?Но опять, как в горячем бреду,я прошу своих близких о малом —попытайтесь… хоть как-то…… понять……мне не просто…я…… правда…… устала……От чего?Эх…… да как вам сказать……
Ах, Ветра! Ветра мне ещё!
О, как душа моя легка! —достаточно порыва ветра,чтоб ей взлететь под облака —в потоки воздуха и света…Бывает, что случайный взгляд,приводит сердце в тайный трепет,рядя черёмуховый садв дым облетающих соцветий……И я нежнейшим лепесткомкружусь взволнованно над миром,забыв в полёте обо всём……Но притяженье грубой силойопять к земле меня влечёт —я падаю…… всё ниже… ниже……Ах, Ветра! Ветра мне ещё!И вновь лечу под самой крышей,купаясь в солнечных лучах,в соседстве стаи голубиной,и оседаю на ветвяхлегчайшим пухом тополиным…Бегу на тонких каблучках,земли, касаясь виновато……О, как душа моя легка,как удивительно крылата!
Я шут, я Арлекин, я просто смех
Посвящается примадонне российской эстрады — Алле Борисовне Пугачёвой.
Фанфары!Свет…………………Готовься, Арлекин,душой, привычно втискиваясь в маску,но помни, что с годами яркий гримтеряет ослепительные краски…Всё явственней реальные чертысквозь пудру и помаду проступают.Ты прячешься в ладонях темноты,а луч прожекторов тебя кромсает,безжалостно высвечивая боль,безмерную,глобальную усталость……Спокойно!Ты играешь свою роль,всё больше и бесстыдней обнажаясь —до самых потаённых мест души,на публике рыдая непритворно,и с трепетом вверяешь свою жизньчувствительности новых микрофонов……Твой голос вдруг срывается на крик,и гаснет в суете аплодисментов…Смятенье… тишина……Но через мигон вновь стремится к бурному крещендо,достигнув небывалой высотыв безумии свободного полёта……И падают к ногам твоим цветы…Динамики, просеивая шёпот,волнением грешат…Ах, Арлекин!Ты стал, увы, таким сентиментальным,ранимыми чувствительным таким………А зритель — отражением зеркальныммгновенно выдаёт, как результат,итог твоих провалов и падений……Но более не прячет грустный взглядпод маской ощетинившийся гений…Подавленно,печально смотрит в зал,скользя по постным лицам из партера…Он выжат… обесточен… он устал………Фанфары!И короткое: «К барьеру!»И вновь прожекторов колючий свет,предательски нацеливаясь в спину,не в силах расстрелять победный Смехвеликогосмешного Арлекина……