Внезапный звук входящего сообщения останавливает меня на полпути к двери. Не собираюсь смотреть, чтобы не задерживаться, но ноги сами несут меня к столу.
Вижу номер отправителя, и сердце бухает куда-то вниз, а на лице непроизвольно появляется улыбка. Аня. Я влюбился в нее с первого взгляда. Она, словно яркое солнышко, освещала все вокруг себя. Милая, добрая, с бесконечным позитивом и лукавыми чертенятами во взгляде.
Аня сразу дала понять, что мне ничего не светит. Она любит своего молодого человека и очень с ним счастлива. Вот только, с каждым днем она становилась все грустнее и колючее. Словно огонек внутри нее, раньше согревающий всех вокруг, теперь едва тлел, и не мог уберечь от лютого холода даже свою хозяйку.
А когда она начала напиваться на встрече, я понял, что дело совсем плохо. И не отходил от нее ни на шаг. Мало ли, на какие приключения ее потянет в попытке что-то доказать себе и своему парню. Мысли о нем, как всегда, вызвали во мне волну бешенства, что сильно бы удивило всех, кто меня знал. Да я и сам не ожидал от себя такой чистейшей ненависти и презрения к кому-то. Я не знал его, но то, до чего он довел мою Аню, много о нем говорило. Если девушка рядом с тобой превращается в бледную и злую тень себя прежней, то ты мудак.
В клубе пришлось пару раз отбивать Аню от особо желающих воспользоваться ее беспомощным состоянием. Один раз меня отвлек кто-то из одногруппников, и Аню я вытаскивал из машины, куда ее уже успели посадить какие-то мордовороты. Потом ее стало тошнить и, позже, сидя у меня на коленях, утрирая грязное лицо руками и поливая слезами мою футболку, она рассказывала, как ей плохо и просила увезти ее куда-нибудь. Я спросил ее адрес, но Аня яростно замотала головой.
- Я не хочу домой, - зло выплюнула она, и собиралась открыть рот, чтобы что-то добавить, но только горько махнула рукой.
Сердце мое рвалось от того, что моя любимая девочка с собой делает. Но как же я могу помочь тебе, маленькая моя?
- Можно к тебе? – вывел меня из моих невеселых мыслей ее громкий шепот.
И я удивился. Неужели я сказал это вслух.
Аня доверчиво жалась ко мне, продолжая тихонько всхлипывать. Я погладил ее по голове и кивнул:
- Конечно, можно.
Она благодарно улыбнулась и потерлась щекой о мою футболку. Ну просто котенок.
Когда мы добрались до нашей квартиры, Аня уже почти спала. Благо, сегодня родителей и Светланки не было дома, они с ночевкой уехали на дачу.
Кое-как умыв Аню, отнес ее в свою комнату. Раздевать ее не стал, а то проснется, испугается и напридумывает себе невесть что.
А утром случилось то, чего я боялся. Услышав, что я привез ее к себе по ее же просьбе, Аня мне не поверила и начала сыпать совершенно непонятными обвинениями.
И мне внезапно стало так горько от того, что мои чувства воспринимаются Аней именно так, как нечто навязчивое и совершенно ненужное, хотя я ни разу не позволил себе перейти грань допустимого поведения, что я ушел, боясь, что могу не сдержаться и тоже наговорить ей гадостей в ответ.
Я надеялся, что она остынет, возможно, что-то вспомнит и поменяет свое отношение к ситуации.
И вот это сообщение. Открываю его с надеждой.
И получаю мощнейший удар под дых.
Глава 8
Утро. Свежий, отоспавшийся Даня, затребовав себе порцию яичницы с колбасой, в один миг уничтожает ее и, помахав мне на прощание, убегает.
Я успеваю только беспомощно вертеть головой из стороны в сторону, наблюдая за его лихорадочными перемещениями по квартире, пока он одевается.
Хлопает входная дверь, а я машинально отшатываюсь, словно это меня ударили по лицу. Не больно, но унизительно и неприятно.
Весь день провожу, гипнотизируя телефон в ожидании звонка от любимого.
Но звонит мне только мама, осторожно интересуясь, собираюсь ли я приехать на Новый год домой. Традиция встречать этот праздник всей семьей неизменно тянулась с самого моего детства.
Сколько себя помню, день тридцать первого декабря всегда начинался с торжественного выноса с балкона свежей, морозной, одуряюще пахнущей елочки в квартиру. Пушистая красавица, чуть постояв в тепле натопленной жаркими батареями комнаты, окутывала своим волшебным ароматом каждый уголок квартиры. Папа доставал с антресолей волшебную коробку с сокровищами – блестящими новогодними игрушками, стеклянными снеговиками, разноцветными шарами, сосульками и сказочными персонажами. Мишура, ком запутанной гирлянды, прошлогодняя вата, изображавшая снег, с остатками конфетти и засохших иголок, я с восторгом рылась в коробке, выбирая свои любимые игрушки, которые первыми отправятся на елку.