Какая честь.
Интересно, ему трусы гладят? Армия полуобнаженных моделей. Ох. Я прям представила эту картину и сейчас на меня пялятся все. Зависла…
Беседа стихает, потому что среди нас есть незнакомец и всем, конечно, интересно кто же он и чем занимается.
— Ну рассказывайте, — положив локти на стол, а на них свое лицо немного пьяно сказала я, — кто, откуда и зачем.
Все остальные стесняются, а вот мне интересно. Но уши погреть хочется не только мне. Я просто или самая пьяная или смелая.
Ему хватило доли секунды, чтобы оценить меня и потерять интерес. Ну интереса вообще-то и не было с его стороны, с моей я надеюсь тоже.
— Я уезжал из города на пару лет и потерялся, пока они детей рожали, — кривовато улыбнулся, смотря на Катю и Вовку, — я работал. Недавно вернулся, приехал к родителям и обнаружил, что родители живут в подобии дома, а когда-то я помню нашу дачу в отличном состоянии, отец много сил вложил в нее. Начал искать строительную бригаду и мне посоветовали моего старого друга. И вот я здесь, по делу.
Он улыбнулся, судя по всему, и правда рад встречи со старыми друзьями. И эта улыбка показалась настоящей, глаза аж засверкали, это это свет так удачно упал.
Откуда ни возьмись на столе появилась целая и точно лишняя для меня бутылка текилы.
— А вот скажи Ром, как считаешь безопасно одной девушке ехать на машине, за тысячи километров в путешествие? — не понятно, к чему задает вопрос Катя ехидно так смотря на меня.
— Ну если она чокнутая, конечно, можно, — с очень умным видом отвечает этот Роман, который вот прям сейчас стал мерзким шовинистом.
1.3
Катя, замерла, явно не рассчитывая на столь прямолинейный и жесткий ответ. Она смотрела на меня круглыми от ужаса глазами и просто ждала когда рванет.
— А что еще нужно по вашему мнению, молодой женщине ,для того, чтобы отправится в путешествие? — мило проворковала и повернула голову в сторону негодяя. — Балласт? Чтобы жизнь малиной не казалась.
— Женщина, в основном не разбирается в механизме автомобиля, и для нее является чудом тот факт, что колеса движутся и перевозят ее куда нужно. Ну а если серьезно, рисков полно, потому что дорога все-таки дальняя. Машина может сломаться, а еще, — он делает паузу и так очаровательно мерзко мне подмигивает, что клянусь врезать захотелось по этому глазу, — в баке может закончится бензин, что тоже очень важно и обязательно случится по дороге. Дама на дороге беззащитна, а иной раз и опасна для остальных участников дорожного движения, — во завернул, — особенно в одиночестве. Для прекрасного пола проблема иногда сбегать в кустики, сами знаете по каким делам, — его взгляд прогулялся по всем, и кажется эти все согласны с ним, вот же заразы.— Без мужчины, скорее всего, путешествия не получится.
— Тихо, тихо чувствуете?— громко изображая что-то вынюхивают собачку посмотрела на всех испепеляющим взглядом.— Кажется запахло шовинизмом?
— А мне кажется феминизмом, — в тон мне ответил.
Бесячий какой, выхухоль.
— Женщина может быть не глупой. Для справки…
— Я не говорю, о глупости, — перебивает, чем бесит еще больше, — у тебя может быть ученая степень доктора наук, но ты априори слабее мужчины. И может так случится, что этот сильный захочет этим воспользоваться. И что тогда делать? Дипломом его по башке?
— И это мне говорит очередной представитель бытовой инвалидности! Если вам встречались дамы которые предпочитали сидеть у вас на шее тем самым лилея ваш шовинизм и эго, но есть много женщин которым не составит труда путешествовать одной.
— И куда же взрослая и самодостаточная женщина собралась?
Я слышу усмешку в его голосе?! И нужно было смолчать. Или просто уйти, все равно пора домой, завтра в дорогу. А я тут пререкаюсь непонятно с кем, но врожденная дурь взяла вверх.
— О, Вы будете последним кому я это скажу, знаю я таких как вы. С вас станется мне шины спустить, но доказать, что мой удел гладить мужику трусы, — краем глаза заметила как скривилась Ольга, но это же не мои проблемы, я была мила уже несколько часов, пока не пришло это человекообразное.
Мое терпение не безгранично.
— А ты не думала, что…,— он замолчал, видимо придумывая что сказать, задержка развития видна невооруженным взглядом. — А хотя к чему мне это. Не буду рушить твой розовый мирок. Пусть это сделает кто-нибудь другой.
После этого наступила тишина. Он смотрел на меня насмешливо пренебрежительно, а я размышляла стоит ли высказать все или он настолько ограниченный, что не способен воспринимать факты. При этом пока шел наш словесный пикет никто не проронил ни слова, друзья ещё называются, сидели и явно с азартом ждали когда начнется поножовщина. Прекрасно понимая, что это мой любимый вид холодного оружия, и с ним на ты во всех смыслах этого слова.