И ведь никто, даже не подумал меня поддержать, да да меня, ибо права была я, а он просто хамло.
Это пора заканчивать.
— Ну все,— поднимаясь грубовато сказала, а могла и с матом. — Мне пора, завтра в дорогу, да и вещи еще не все собрала.
Но этот Роман решил, что это не повод поднять свой зад. Даже отвернулся, судя по всему думая, что поползу под столом.
— А Вы как я вижу не только шовинист, но и элементарным манерам не обучены, может уже сообразите встать и выпустить меня из-за стола? Я Вам между одолжение делаю
С ленцой он все-таки поднял свой зад, но лишь встал, не отойдя. Мне буквально пришлось протискиваться, а с моими габаритами он явно почувствовал, далеко не второй размер, поняла я это по его крайне мерзкой улыбочке.
Мне оставалось радоваться, что не пошла к нему спиной. Так на заметку, шокер надо носить с собой, а не в машине хранить. На секунду представила как его трясет от удара током и расплылась в крайне кровожадной улыбке, что немного сбило с него спесь, мерзотная улыбка сменилась на лёгкое недоумение. Так тебе и надо.
Лучше бы проползла под столом, до чего близость с ним была неприятной. Бывает же такое: уродливое наполнение в красивой упаковке.
Хотелось просто уйти, ничего не говорив. Я и так сказала больше чем стоило. Но я же воспитанная, жаль не очень терпеливая. Сейчас нужно просто сказать всем пока.
— Всем пока,— все еще представляя как одна тушка трясется от удара током, даже смогла улыбнуться, не знаю уж насколько мило.
— Удачи,— сказал выхухоль, все остальные если и сказали пока, то очень тихо.
Закрыв ужасно скрипучую калитку, сама себе пообещала смазать ее маслом.
Хороший тихий вечерок. Да уж.
2. Скандалы, интриги, расследования - и это только за утро.
Роман.
— Ну и… — коротко даю понять, что я не настроен на разговоры.
Надеюсь это что-то очень важное, раз они меня вырвали из отпуска. Иначе я буду вместо дьявола. Они у меня сдохнут, но раскроют все висяки да ещё и кто убил Кеннеди доложат. А то не верю я в эту их официальную версию.
— Проходи, присаживайся, — приветствует Олег, наши глаза и уши. — У нас есть чем тебя порадовать, так что стирай с лица эту недовольную физиономию. Есть информация которая порадует тебя. А что это на тебе одето?— резко меняет тему разговора.
Контраст погоды зашкаливает. У нас начался сезон каких-то странный для нашей полосы, тропический дождей. Льет днями и ночами, но жара не спадает. А у меня стройка во всю, а теперь еще и ремонт придется делать. Крышу не успели перекрыть, и она благополучно течет. И все это можно пережить, если бы не постоянный зудешь, что я сделал только хуже. И не поспоришь ведь.
— Я вообще-то в отпуске, — отмахиваюсь,—так что давай по делу. Про мой вид поговорим как нибудь…никогда, — потирая глаза устало ждал главного.
За что беднягу посадили в это подобие бункера? Не то, чтобы мне было его жаль, но в маленьком помещении без окон думать лучше не станет. Искренне недоумеваю как можно одновременно смотреть в десятки мониторов?! Прохожу к Олегу и сажусь рядом. Опер который меня привел уже исчез, так что Олег правильно понимает мой взгляд и наконец начинает говорить.
— У нас тут Сурков , помнишь его?
— Это карманник. Хороший и очень грамотный. Пока провалов в памяти нет, — у меня отличная память, спасибо маман которая меня все детство водила на курсы развития ума. Нет правда. Я постоянно учился, лучше читать, больше запоминать, быстрее считать. Из этого и состояло мое детство. И возможно это дало свои плоды, но в детстве мне очень хотелось в детдом, с которого я бы сбежал и пожил “для себя”.
Олег показывает на монитор, и я вижу Суркова. Он на выездной вечеринке, приехал к морю, чтобы чисто отработать и уехать восвояси.
Отдохнуть он, конечно, не забывает.
Олег молчит, а я не могу понять при чем тут я и карманник. Меня что понизили до ловца “золотых ручек”?
— Продолжишь? Или пойдем сразу его ловить? — раздраженно бросаю. — Что дальше? И как мне связать себя и его?— показываю на Суркова в мониторе.
— Он родной брат Сивака, — улыбаясь говорит он.
— У них ведь разная фамилия, какой брат? Это бред, у Сивака нет братьев, я помню его досье как свое.