— Охх, — разом все мысли и предположения улетучиваются, когда его рука гладит мое бедро под юбкой.
Подушечками пальцев гладит кожу , давно отвыкшую от ласк, резко сжимает грудь, так что искры из глаз летят уже вполне настоящие, и ведь мне непонятно как скоро мы окажемся дома. А хотелось бы уже сейчас.
Так же как началось, все быстро и заканчивается. Тимур поправляет мое платье, приглаживает взлохмаченные волосы, хватает за руку и ведет как козочку с пастбища. Резко моргаю от обиды, что все закончилось. Даже не думаю ослушаться. Первый раз, кажется, иду молча, смотря на свои заплетающиеся ноги и на руку в мужской хватке.
Уже возле калитки он опять зажимает меня и делает все возможное, чтобы все тормоза и предохранители сгорели еще перед входом в номер. У него отлично получается, из всего тела я чувствую только отдельные органы, отвечающие не за разум, ох не за разум.
Мы вваливаемся в номер особо не парясь, что нас услышали, кажется, все постояльцы. Дорога была длинной, до четвертого этажа еще нужно дойти, а это очень сложно, когда тебя целуют и трогают там, где очень приятно, было много вынужденных остановок. Совсем не умею тихо ходить, да вообще я ничего не умею тихо делать. Мое присутствие сложно скрыть, как и мамонта в посудной лавке.
Ахаю от удивления. Не включая свет, конечно, мы ударяемся о тумбочку у стены. Спиной чувствую угол тумбы, нащупав рукой какие-то вещи на комоде, быстро их скидываю.
И вот моя жопка уже сидит на этой холодной поверхности. Обнимаю Тимура ногами чтобы он почувствовал всю степень нашего обоюдного желания. Мы находимся на одном уровне, даже в темноте мое тело горит от его взгляда.
— Может выпьем,— между поцелуями делает какое то странное предложение.
— Потом,— открывая шею для поцелуев обещаю.
3:3
Внезапно свет включается. А может это все мое воображение? Ведь свет не включается в номере автоматически, и достать до него нереально. Какой-то человек придумал установить выключатель возле кровати, а не у входа в номер.
— Добрый вечер, — говорит голос откуда-то сбоку.
И голос кажется, смутно, но все же знакомым.
Тимур быстрее меня возвращается в реальность и не спеша, наверно, чтобы я не упала, опускает меня на пол. Всё еще стоя ко мне лицом, поправляет мое платье, которое пару секунд спустя должно было уже упасть на пол! Без меня конечно. Делает шаг назад и становится ко мне спиной.
—Что происходит?— Спрашивает Тимур.
Я не сразу соображаю, что вопрос предназначается мне. В голосе мужчины уже нет бархатности, сталь — вот что слышу, и это кажется немного приводит меня в чувства.
— Не знаю, это мой номер, и здесь никого не должно быть, — отвечаю.
— Тимур я должен видеть твои руки, — говорит третий, очень лишний голос. — Думаю при девушке не будем представляться друг другу, зачем нам это? Сам все понимаешь.
О чем тут речь, кто-нибудь объясните мне пожалуйста! Я вообще ничего не понимаю, весь разум спустился в трусы или вообще покинул чат.
Пока я думала Тимур повернулся ко мне лицом и тихо, так многообещающе шепнул:
— Мы закончим начатое.
— Когда? — покрываясь мурашками уточняю, ведь хочется закончить сейчас. А у нас еще ничего можно сказать не начато?!
Смотрю на свои босые ноги, когда я успела скинуть сандали?
Нет, нет. Нельзя откладывать на потом такие вещи!
— Я сейчас всех выгоню, и мы продолжим, — отвечаю веря, что сделаю это.
Вдыхаю большими порциями воздух через нос, а выдыхаю через рот. Громко. Но это помогает немного прийти в себя. Мир вокруг приобретает очертания.
— Что за херня… — начинаю разворачиваясь и тут же замолкаю. — Это что за гребенная шутка? — выпучив глаза верещу, полностью придя в себя.
Этот придурок, который незаконно проник в номер, мне знаком. Не так чтобы я была рада его видеть, скорее наоборот. Было бы ружье прибила бы нафиг.
На долю секунды мне показалось, что это очень неудачный розыгрыш Кати, но сегодня не первое апреля, и Катя не стала бы так шутить, даже ее муженек не смог бы ее подбить на такое дельце.