Здесь тоже была война, но другая. И даже ради спасения одной-единственной жизни он был готов приложить все возможные усилия. Ведь старания в настоящем окупятся в будущем, если успех будет достигнут.
Очередная победа. Очередной прорыв.
Ларс плотно запер дверь лаборатории. Магия не позволит никому сюда проникнуть, даже лишний шорох не отвлечет его. Он на ходу сбросил сюртук и швырнул его в сторону, привычным жестом закатал рукава рубашки. На полке одного из множества шкафов отыскал эфир, вынул его и поставил перед собой на стол. Немного потускневший от времени, с «уснувшим» энергопотоком внутри из-за долгого неиспользования, он выглядел невзрачным.
Ларс вынул пластину из небольшой стальной коробки, в которой она хранилась на специальной подставке. Повертел в руках, вспоминая все детали и особенности эфира. Требовалось подправить некоторые линии и, пожалуй, можно добавить пару новых элементов. Когда он создавал его несколько лет назад, эти идеи не посещали его голову. Но имея Бертена как образец, считав его энергию и увидев ауру, Ларс знал, что нужно сделать, чтобы улучшить свойства эфира. Вооружившись всеми необходимыми приборами, он приступил к работе.
Эрнесса знала, к кому обращаться. Откуда? Дошли слухи? До нее? До жительницы скромного квартала, лекаря подпольной больницы? Ларс был знаменит в очень узком кругу, и этот круг ревностно охранял его. Не имея отношения к высшим сословиям этого города и страны в целом, о нем невозможно ничего узнать. Но даже если эта загадка останется нерешенной, Ларс сможет с этим смириться. Значение имеет только просьба Эрнессы. Такой шанс нельзя упускать.
Эти исследования он отложил по нелепейшей из причин. Он не имел под рукой подходящего материала для заключительного эксперимента. Никто из тех, до кого он мог дотянуться, не подходил по характеристикам. А заниматься поисками подходящего ему было запрещено, в успех этого мероприятия не верили. Сумасшедшим ученым, который идет всем наперекор ради своего дела, он никогда не был. А терять очень комфортные условия, в которых он жил и работал, Ларс не хотел. Один эфир такого не стоил.
Опасность была в том, что у этого опыта однозначный результат. К нему нельзя подступиться осторожно, не будет этапа проб и ошибок. Его можно либо провести, либо нет. Либо успех, либо неудача.
То, о чем Эрнессе знать не стоит. Судя по всему, она была уверена в том, что Ларс способен помочь ее пациенту. Знай призрак о ровно такой же вероятности сгубить парня, был бы куда осторожнее в своих стремлениях.
Ларс внимательно следил за изменениями в эфире с помощью магического зрения, делавшего глаза любого мага синими. Потоки силы и энергии ложились гладко, безукоризненно, насыщая предмет особыми свойствами.
От предвкушения холодило позвоночник и покалывало кончики пальцев, из-за чего даже пришлось отложить тончайшие приборы, которыми он работал, и размять руки. Его поглощало странное всеобъемлющее безумие, присущее столь малому количеству людей. Тем, кто способен отстраняться от мира, чтобы проникать в самую глубину собственных идей. Его отличал безумный азарт, превращавший его в гончую. Это чувство не отпускало и гнало его до самого конца, словно щелкавший над головой кнут.
Во время этого бешеного бега не успеваешь ни в чем сомневаться. Решения принимались столь молниеносно, что их невозможно было обдумать. Он поступал в соответствии с собственными инстинктами. Подобный способ мышления перенесся на всю его жизнь.
Неожиданно пришла Оленна и принялась топтаться у порога. Проникнуть внутрь драгоценной лаборатории ей было не суждено. Ларс никого и никогда сюда не пускал. Эта часть дома была объявлена священной и имела такой уровень магической защиты, с которой спорить мог только тронный зал королевского дворца в столице. Он бы не заметил присутствия любовницы, если бы защитные заклинания не ощетинились сильнее обычного.
Ларс скупо ухмыльнулся. Охранная магия, имеющая тесную связь с ним самим, в некоторой степени отражала его собственное отношение к тому или иному человеку. Когда слуги крутились неподалеку от лаборатории, защита оставалась такой же сильной, но спокойной. Появление же Оленны вызвало в магии отторжение. Девушка ничем не заслужила такого недоверия, но Ларс ничего не мог поделать с собственными ощущениями.
До него докатилась волна ее эмоций - разочарование и немного злости. С ними она и ушла. Он тут же выбросил лишние мысли из головы.