Потея, краснея, пыхтя и ругаясь, Егор кое-как ковылял по лесной дороге с ненавистью кидая взгляды на своего коня и клянясь когда-нибудь отомстить ему. Скорость передвижения составляла всего ничего. Понаблюдав за страданиями Егора, Камия предложила понести его на спине и даже получила на то согласие, но, заметив хитрое выражение лица парня и почуяв его намерения немножко полапать ее, мгновенно передумала.
В конце концов окончательный двухчасовой бросок до столицы лесных было решено отложить до утра. Ведь где-то в городе засел Нидза, а нарваться на него в тот момент, когда единственный способный противостоять его магии человек может передвигаться лишь чуть быстрее фонарного столба, не хотелось никому.
Впрочем, все мучения окупились сполна и к вечеру Егору значительно полегчало. Да и в придорожном трактире Камии удалось выведать путь до построенного вдали от проезжего тракта охотничьего домика — туда и направились. Нужно было отдохнуть, выспаться и подготовиться к возможной встрече с Нидзой. Свернув с пустынного тракта, путники, углубляясь все дальше и дальше в лес, направились по неприметной тропинке к месту будущего ночлега.
Глава 23
Домик… пожалуй, источник информации Камии приврал. Домик представлял из себя жердь, прибитую между двумя соснами. Сверху на эту жердь были наброшены доски, устланные еловыми ветками. Одна стена домика — косая, вторая, с дверью, — прямая. Получилось подобие прямоугольного треугольника.
Внутри однако имелись три грубо сколоченные койки, стол с парой скамеек, прилавок с кухонной утварью — котелки, миски и кружки. А неподалеку от домика нашелся колодец, кострище, обложенное камнями и с парой бревен-скамеек, и поленница с дровами.
Удалившись в домик, Егор первым делом избавился от бинтов, вытер остатки компресса и не поверил своим глазам — кожа была гладкой и розовой, как у младенца, без единых признаков рубцов. Да и мышцы, скованные прежде бинтами, вдруг наполнились энергией и свежестью. Словно и не было нескольких дней сплошных пеших переходов, беготни и утомительной ночной поездки верхом.
Присев пару раз, подпрыгнув, помахав ногами, Егор понял, что ощущения не обманули и что прямо сейчас он может легко пробежать хоть с десять километров. Возникло искушение попросить Камию повторить компресс, обмазать им все тело и на следующий день начать фонтанировать энергией, однако воспоминания о неприятных побочных эффектах быстро остудили его.
Отужинав, троица уселась с кружками у костра, над которым в котелке кипел душистый травяной напиток. Камия и Замбага зачерпнули напиток из котелка, а Егор налил себе местного пива из глиняной двухлитровой бутыли, купленной в трактире. Сделал глоток, подумал и залпом выпил всю кружку. После налил еще.
— Ты это, осторожней, — предупредила девушка. — Напиток крепче, чем кажется.
— Да ладно тебе, — беззаботно откликнулся Егор, сидя на земле привалившись спиной к бревну и похлопывая по слегка вздувшемуся животу. — Я — студент, у меня опыт пьянства — целых пять лет. Нет, даже шесть, я один курс провел в академическом отпуске. Каких-то пара литров пива меня не возьмет.
— А если нажрешься и нарвешься завтра на Нидзу?
— Ему же будет хуже. С похмелья я становлюсь очень злым. Да и вообще, — вывернув голову, Егор уставился на сидящего рядом на бревне первородного, — с чего ты взял, что Нидза в городе? Он ведь сильно выделывался в Казаве, клялся, что очень крут. Вдруг он озаботился, чтобы ты не отследил его.
— Я пошел за ним по нити эксполюс, — откликнулся Замбага. — А ни один маг не может свободно управлять эксполюс. Мы лишь пользуемся возможностями, что она нам дает. Но если Нидза закончит свое заклинание абсолюта, тогда… он подчинит себе эксполюс и станет равен богу.
— И чем это всем грозит? — лениво поинтересовалась Камия, катая в ладонях кружку и поглядывая на клонящееся к закату солнце, едва видимое сквозь густые кроны деревьев.
Пожевав губы, Замбага признался:
— Не представляю, как это вообще возможно — свободно управлять потоками эксполюс. Но если у кого-то получиться, он станет воистину всемогущим. — Выпрямив спину, Замбага принялся вещать: — Эксполюс — это энергия, уникальная для нашего мира. Она существует вместе с обычной материей, из которых созданы миры, но она выше материи и позволяет манипулировать ей. Нет, не только материей, даже частицами, из которых состоит материя.
— Атомами, что ли? — уточнил Егор.
Замбага пожал плечами.
— Не знаю, что значит слово атом, но эксполюс управляет всем. От больших кусков материи, до полей. Однажды некоторые люди получили способность чувствовать эту энергию, а после, когда изменились их глаза, и видеть ее. Потом кто-то понял, что если сконцентрироваться и представить, что поток окружающего нас эксполюс течет не так, как ему видится, то эксполюс отреагирует и произведет изменения в обычной материи. А если представить движение эксполюс немного по-другому, то и материя изменится иначе. Потом кто-то заметил, что тело демона может входить в резонанс с эксполюс, более-менее соприкасаться с этой энергией, заставлять ее части колебаться, утолщаться, утончаться и много чего еще, и тогда обычная материя начнет вести себя так, как никто себе не мог и представить. Так начали появляться первые магические формулы — они описывают, как нужно воздействовать на эксполюс, чтобы добиться от материи требуемой реакции. По разному комбинируя эти формулы, можно добиться практически всего. Правда, для этого нужно быть ну очень умелым магом и учиться десятки лет. — Сделав уточнение, первородный тяжело вздохнул. — Но это не истинное управление эксполюс, сейчас мы просто используем нашу связь с этой энергией, потому что она течет и в нас самих. С ее помощью мы, демоны, познаем окружающий нас мир, мы узнали, что существуют мельчайшие частицы материи, не видимые глазу, и особые поля. Но на деле мы мало что знаем о самой материи и плохо представляем все ее свойства. Никто не понимает, почему материя в одном случае реагирует на эксполюс так, а в другом иначе. Мы просто пользуемся ее свойствами, пользоваться которыми нам позволяет эта энергия.
— Короче, вы здесь ни разу не теоретики, а тупо практики. И все ваши новые заклинания вы открываете совершенно случайно, — подытожил Егор. — И, по-ходу, только Нидза додумался подвести под все ваши навыки теоретическую базу. Он нес что-то про свою теорию.
Замбага кивнул.
— Наверное, ты прав. Поэтому он стал настолько сильным. Нам просто не хватает знаний о материи, чтобы понять все ее свойства. — Подросток вопросительно уставился на Егора. — А как в твоем мире?
Егор дернул краем рта, буркнул:
— Не надейся, я тебе ничего не расскажу. Могу объяснить, ну… например, как возникают молнии и почему горит огонь. Но ваши порталы, расщепления, оживления мертвецов и прочее — для земной науки это слишком. Есть какие-то теории, только я ими не грузился — большинство из них из разряда бреда. — Он сделал последний глоток и наклонил горлышко бутылки над кружкой. — И вообще, мы съехали с темы. Что будет, если Нидза научится управлять эксполюсом?
— Представь себе невозможное. Оружие, возникающее из ничего, время текущее вспять, дыру в пространстве, смерть вселенной, что-нибудь еще, — попросил Замбага. — Представил? А теперь представь, что это все возможно. Именно такую силу получит Нидза. Он станет абсолютно всемогущим. — Откинув со лба челку, Замбага смущенно поправился: — Хотя смерть вселенной — это, пожалуй, перебор. Мы можем использовать магию лишь в пределах пространства, которое способны обозреть глазами. То есть в пределах видимого горизонта. Есть кое-какие хитрости, которые позволяют расширить горизонт видимого и связать разные точки планеты, но редкий маг может сотворить что-либо серьезное на удалении от себя. Обычно круг силы любого мага составляет метров двести, не больше. Эффект от заклинания на горизонте видимого будет совсем слабый. Если заклинание вообще сработает. Крайне сложно обращаться к эксполюс так далеко от себя.
Сорвав травинку, Камия засунула ее в рот, снова глянула на солнце. Было заметно, что девушка заскучала от заумных разговоров о магии, и Егор решил сменить тему.