— Так я тебе и поверил, — усмехнулся Астро. — Пять лет? Ты хоть представляешь, как это много для простого смертного человека?
— Ты и сам знаешь, что у тебя нет иного выбора, — строго произнёс Трилофим уже без всякой доброжелательности. — Они нашли стариков в захолустье, чтобы припомнить им давние, многими уже забытые прегрешения. Тебя они будут искать с не меньшим пристрастием. Прислушивайся к духам, ведь с людьми мы разговариваем редко.
Сказав это дух, потерял насыщенность в своём бледном цвете, стал поначалу немного прозрачнее, а затем и вовсе начал растворяться.
— Да ты поищи сначала, кто с вами будет разговаривать! Сам же говорил, — бросил напоследок Астро.
Кажется, после этой беседы мир духов его больше не пугал.
Глава 5. Дорога на Моррок
Мальчишка разбудил его, тормоша за плечо. Гил выглядел обеспокоенным. Проснувшись, Астро, обнаружил, что снова покрылся потом, и даже его простецкая рубаха пропиталась влагой насквозь.
— Во сне ты выглядел, как очень больной человек, — озадаченно проговорил пацан.
— Здоровья мне не занимать, — хмыкнул Астро смахивая пот с рук, там, где он собрался в крупные капельки. — Жарко просто сегодня, а я к такой жаре не привык. Много я проспал?
— Нет, совсем нет, — покачал головой пацан.
— Что там наш извозчик, уже едет?
Мальчишка лишь указал пальцем на пока ещё плохо различимую точку на горизонте. Без сомнений, в их сторону по тракту двигался гужевой транспорт.
Спустя полчаса оба поняли, что извозчик мчался так быстро, будто и не собирался останавливаться. Гильгайдорат неустанно махал руками и голосил, пытался привлечь к себе внимание. Мальчишка боялся, что повозка проедет мимо. Астро попросту встал на краю дороги — с его-то ростом, видно их будет издалека, и возница не упустит пассажиров, если сам этого не захочет.
Транспорт затормозил в десяти метрах от столба, резко, почти не подымая пыли над идеально ровным покрытием Белого Тракта.
Это была на первый взгляд обычная повозка: дощатый корпус, деревянные колёса, борта обиты повидавшей жизнь кожей, место извозчика обшито мягкой тканью с набивкой, а пассажирские места сколочены из необтёсанных досок — на таких задницей лучше не ёрзать.
Большие деревянные колёса имели некое подобие покрышек: полоски то ли кожи, то ли резины. Здесь даже имелась своеобразная подвеска: деревянные рессоры, в которых тонкие полоски, скорее всего, из упругих древесных пород, были стянуты стальными стремянками, уложены и собраны в аккуратные балки, противопоставленные друг другу. Натянутые хитрым способом кожаные ремни, скорее всего, были призваны регулировать отбой.
Запряжённое животное точно не похоже ни на лошадь, ни на мула, ни на осла: уши длиннее ослиных, но точно так же топорщатся над макушкой, а между ними есть нарост: будто спиленный или невыросший рог. Голубые глаза животного по форме зрачков очень напоминают кошачьи.
Причудливая помесь осла, коня и домашнего питомца. Даже шерсть у него пушистая, как у только что помытой кошки.
А вот ноги оказались короткошёрстными, жилистыми, с грубыми, будто мозолистыми наростами чуть выше подкованных копыт.
— Вы кто такие и куда вам надо? — лениво спросил извозчик, глядя на них сверху, со своего удобного места.
— Мы простые люди, хотим побыстрее добраться до Моррока, господин! — радостно воскликнул пацан, подхватывая с обочины опустевший холщовый мешок. — Я Гильгайдорат, а это — мой попутчик Астро. Он обычный бродяга, по нему и так видно.
«Ну, спасибо, пацан».
— Вот это имечко, — возница усмехнулся. — Гиль-гай-до-рат. Простой люд таких имён детям не даёт. А второй тоже хорош! Астро! Ха-ха-ха! Как дворовой облезлый пёс! Ха-ха-ха-ха!
— Так вы нас отвезёте в Моррок или нет? — с недовольством спросил Астро.
Возница посерьёзнел, оценивающе осмотрел «облезлого пса», глаза отразили глубокие раздумья на тему того, стоит ли вообще общаться на равных с каким-то вшивым приблудой с обочины, который называется далеко не самым уважаемым именем в этих местах.
Рельефное иссушенное от упорного стремления выжить тело Астро скрывала оборванная одежда, но чего нельзя было скрыть, так это его высокий рост, прямую, совсем не присущую бродягам осанку и суровый волевой взгляд.
Были времена, когда Астро мог наедине с собой свернуться в калачик, плакать часами напролёт, опустошённый мыслями об утерянных возможностях; слоняться по лесу с отсутствующим взглядом, сутулиться, нехотя искать себе пропитание, будто голодная смерть не так уж страшна. Однако не сегодня. После полученной надежды и укрепившейся уверенности он готов был скинуть возницу на обочину и угнать эту повозку, лишь бы поскорее достигнуть своих целей.