Гарот издал тяжёлый гортанный звук, отдалённо похожий на выдох облегчения, а затем, каким-то чудом смог произнести хриплым, но разборчивым голосом последние свои слова.
— Не оставляй следов.
На закате уже были готовы две могилы. Слёзы не переставали проступать на глазах, а руки кровоточили от мозолей и заноз. Астро отбросил лопату в сторону, ещё раз посмотрел на тела покойных и вернулся к дому. Сквозь прорехи и узкие проёмы в руинах хижины виднелись переломанные и безжизненные тела двух адептов. От проводника, кажется, и вовсе ничего не осталось.
От этой картины стало ещё хуже. Неужели он стал убийцей? Можно ли оправдать это тем, что эти трое заслуживали такой участи? Если проводник — безоговорочно убийца, то насколько виноваты двое его приспешников? Тошнота подступила неожиданно резко и в мгновение опустошила желудок. Тело скрючило, Астро зашёлся кашлем, смотреть на руины ему больше не хотелось.
Немного отойдя, он решительно зашагал к сараю, где хранилась горючая смола и огниво, которые помогут исполнить последнюю волю Гарота. Надо ещё выпустить домашний скот на волю. Вряд ли у них будут шансы выжить в дикой среде, но и держать взаперти бедных животных больше нет никакого смысла.
Мечта Гарота и Марии мирно дожить свой век и передать хозяйство не сбылась, хотя они бы, наверное, сказали бы иначе: «Какая разница, как мы умрём, если наша душа уже верна Всесоздателю?»
Глава 3. Бродяга
Астро проснулся от сильного внутреннего напряжения и абсолютной тишины снаружи, неприятной даже для привыкшего к уединению лесного жителя. Вокруг была лишь темнота и замкнутое пространство. Воздух кончался, дышать становилось всё труднее. Всё его тело покрыла испарина: пот каплями катился с шеи на подбородок, с подбородка на лоб. Виски пульсировали от прилива крови.
Тело сковывала мягкая, но плотная скорлупа. Руки оказались прижаты к туловищу — в таком положении можно лишь извиваться как червь — Астро попробовал и почувствовал на себе колебания маятника.
Найдя способ немного согнуть правую руку в локте, он нащупал на верёвочном поясе кожаные ножны и деревянную рукоять самодельного ножа. Аккуратно, чтобы не порезаться самому, Астро обнажил лезвие, хитрым движением пальцев развернул остриё в нужную сторону и вонзил в мягкую стенку.
Нож проколол оболочку легко, но хорошо заточенное лезвие еле справлялось с плотным тканоподобным материалом. Дневной свет проник внутрь почти сразу вместе с живительным кислородом. В ноздри ударил сладковатый хвойный вперемешку с цветочным ароматом, естественный и бодрящий. Сразу же пробудился слух: в округе тихо шелестел лес, щебетали птицы и даже где-то в глубине чащи долбил кору дятел.
Разрез нужного размера получилось сделать спустя секунды: от пояса до головы. Довольно острое лезвие всё же застряло в плотной оболочке, да ещё и в опасной близости от лица и никак не хотело вытаскиваться обратно.
— Чёрт с тобой. — Астро отпустил рукоять, отказавшись от ножа: время дороже.
Свет теперь был повсюду. Всё поначалу показалось перевёрнутым. Сверху вдалеке — покрытое рябью озеро, окружённое зелёными лугами с вкраплениями полевых цветов. Снизу — глубоких оттенков, ближе к морским, синее небо и плывущие в нём караваны кучевых облаков.
Приложив немало усилий, Астро ухватился за обрывки разрезанной стенки, согнул шею, подбородком почти коснулся ключиц, ради того, чтобы разглядеть сплетённый из белых волокон кокон снаружи. Мягкая оболочка, ставшая на время тюрьмой, крепилась за тонкие отростки, подвешенные на ветвях густолиственной кроны.
Астро посмотрел вниз. Из нынешнего положения оставался только один выход: неприятный и рискованный. Он прикинул, что до земли не такое уж и большое расстояние, если постараться и перевернуться в воздухе, то можно приземлиться на ноги.
После недолгого ощущения свободного падения Астро упал на траву: сначала ударился плечом, а затем не хуже мешка с удобрениями впечатался в землю остальным телом.
Правую часть пронзила острая боль, будто удар пришёлся по оголённому нерву. Пришлось ещё около минуты валяться на траве, тяжело дыша в попытках осознать, сломано ли что-нибудь и не повреждено ли чего жизненно важного.
Это место было ему знакомо. Именно здесь проходила северо-восточная граница между смешанными лесами, которые принято называть Киранскими и достаточно большими по площади дикими землями.
— Эй, гадина! Ты здесь?! — крикнул Астро, пытаясь привлечь внимание, хотя вряд ли «гадина» могла что-то понять и оскорбиться.