- В древних сказах говорят о ночных воителях, стерегущих ужасы Наттгарда… - сосредоточенно поскребя седую бороду, проскрипел Гюннар.
- А что за ужасы, род смертных и не помнит, - горько заключил Рунгрим. – Что ж, раз никто из вас не может ничего сказать, я поясню, о чём идёт речь. Давным-давно, десятки поколений назад, Наттгард был страной, где жили люди. Хотя и в те далёкие века та земля была опасна, а кое-какие её уголки и вовсе запретны для людей, но жить там можно было – о чём свидетельствует, к примеру, славная история клана Дракобоев – славная и печальная. Ну не о том речь. Наттгард был опасен не своими жестокими морозами, и не разными малоприятными тварями Севера - в том числе племенами людоедов или троллями, - и даже не ужасными ледяными драконами. Всё это было знакомо жителям Норхейма. В центре Наттгарда, среди бесконечных лабиринтов из горных хребтов, долин, ущелий и плато, стояли древние твердыни могущественных существ – ордена Хранителей Ночи. Именно существ – далеко не все из них были людьми. То были величественные бастионы, и слава о них доходила даже до земель смертных. Зачем же в какой-то глухомани, куда не прошла бы ни одна большая армия, стояли те крепости? Что хранили те, кто их населял? Ответ мы найдём, если узнаем, что находилось севернее твердынь Хранителей Ночи. А была там ледяная пустошь, в которой жили те, кого мы называем духами смерти, мрака и льда. Их вотчиной были удивительные конструкции, где сплелись воедино достижения инженерии и могущественные чары - загадочные и тёмные сооружения, называемые не иначе как Склепы Ночи.
Рунгрим понимающе кивнул, видя одну и ту же тень, пробежавшую по лицам норскенов. Тень пробуждённых неясных воспоминаний, заключенных многими веками в глубинах подсознания - слишком страшных, чтобы человеческий разум хранил их; и по этой же причине неистребимых.
- Даже вам известно это название… - продолжил чародей, выдержав паузу, достаточную, чтобы норскены справились с собой. – Итак, на самом дальнем известном нам краю мира находятся Склепы Ночи – наверное, и теперь они стоят где-то там… а Хранители Ночи должны были ограждать земли, где стояли эти Склепы, от остального мира. И до сих пор среди учёных мужей существуют подозрения относительно того, кого именно они хранили. До нынешних времён считалось, что древний Орден давно уничтожен силами, с которыми он решил вступить в союз. Но – друзья мои – ныне приходит время открытий. Вне всяких сомнений, мы встретились с одним из адептов этого Ордена – куда более древнего, чем имперский Обскурат, о котором все только и говорят в последнее время.
- Скажи нам, что же ты видел, чтобы мы могли доставить ясное донесение нашему ярлу? – спросил Гюннар. На старике лица не было.
- Итак, первое. При обследовании сожжённой заставы, известной как старый Скоггеборг, я натолкнулся, естественно, на следы колдовского огня – однако источник заклинания я так и не успел отследить. Помимо этого, там была и некромантия – работа нашего колдуна. И вот здесь всё становится интересней. Обычно применение некромантии обращает вспять всё природное устройство – но в этом случае основы известного нам мироздания не были затронуты, словно так и должно быть. Я хочу сказать, что вокруг нет никаких признаков разложения, нет и остаточных следов в виде каких-нибудь зреющих проклятий – а от таких заклятий, которыми сыпал этот чернокнижник, здесь всё вокруг должно пронизывать зловонием смерти. Но всё просто выжжено. Скорее всего, такая оказия вызвана тем, что колдун черпал энергию прямо в силах Тьмы, не искажая природных процессов. Как и Свет, они пронизывают собой всё сущее. Любой первокурсник знает, что здесь, на Севере, особенно проявляется мощь тёмных сил, но протекают они очень глубоко, а корень их никто так и не смог прозреть. В любом случае, ворочать силами такого порядка, притом без потери своей ничтожной смертной жизни, способен лишь могущественный колдун, напрямую общающийся с их повелителями. Тёмными богами. Никак иначе это не объяснить. Именно такие люди, как этот некромант – если он человек, конечно – и могли быть Хранителями Ночи. Могущественные, неуловимые - и непоколебимо исполняющие свой долг. Я ни секунды не сомневаюсь в том, что их дело неправое, но на этот раз маленький ярл Исаборга столкнулся с весьма опасной личностью, последователем древних, жестоких обычаев – это ещё одно, что вы должны донести до ярла Ульврика.
- Постой, чародей, - нахмурилась Ингрид. – Ты явно имеешь веские доводы рассуждать так, но я, в свою очередь, лично видела, что этот ужасный колдун не сделал нам ничего дурного.
— Это пока… хвала всем богам, что вы тогда не были рассмотрены в его планах… но уж будь уверена, Ингрид, дочь Ульврика, что он вас всех запомнил. Теперь же я продолжу свой рассказ, дабы доказать истинность своих слов. Сделать это нетрудно – услышав то, что я сейчас скажу, любое сомнение должно отпасть. Второе, что мне удалось увидеть сегодня – это очень злое место. Оно не просвечивается простым обзором – иначе бы я сразу знал о нём. Только оказавшись в непосредственной близости от того места, я смог уловить сильные тёмные эманации. Однако такие места сами по себе не являются чем-то феноменальным – это так называемые «омуты», в которых накопляемая энергия не прорывается наружу, а даже напротив, уходит в глубину. Тёмные омуты для здешних мест вполне возможны – энергии Тьмы, как я уже говорил, обосновались здесь давно и прочно. Хотя, признаю, я не сразу рассмотрел возможность сохранившегося омута в такой близости от людских поселений. Мой просчёт; а наш противник вызывает уважение своей скрытностью – и наглостью одновременно. Так бы я и проморгал, наверное, эту нехитрую уловку, если б не бдительные дружинники ярла Альварда. Но важно не это. Глубокое отвращение вызвало у меня сооружение, которое я увидел на месте разрушенной хижины безвестного лесника. Магический знак - Символ Ночи, древняя и мощная базовая фигура для множества тёмных заклятий. Однако сработан он… оригинально. Да ещё с укреплёнными узлами. Опишу всё для достоверности моих слов – внутри порушенной хижины, под навесом упавших деревьев, расчищено круглое пространство со вкопанным по центру обтёсанным стволом дерева – ели, судя по всему. На столбе укреплены кости, числом четырнадцать, образующие семиконечную звезду, с кроваво-красными черепами на лучах. На черепах стоят чёрные свечи. Столь крепкую, «узловую» защиту магической фигуры редко где встретишь – а конкретно этот знак отличается особой мрачностью. Будучи в тёмном омуте, он способен… лучше не представлять себе, на что именно он способен, но последствия могут быть воистину катастрофическими. Я не рискнул даже попробовать взломать его – едва прикоснувшись к одному из узлов… я ощутил великую злую мощь, таящуюся внутри этого неприметного местечка. Отсюда вытекает третий вопрос, которым нужно озаботиться не только ярлу Ульврику, но и, кажется, всем жителям Севера…