Снова начала твориться какая-то дрянь.
- Смотрите! Тени – они как живые! – воскликнул кто-то из людей Ингрид.
Тени от немногочисленных кривых деревьев тянулись к людям, подобно ожившим иссушённым трупам, жаждущим добраться своими скрюченными пальцами до человеческих сердец и остановить их биение, насытив свою вечно холодную суть живительным током тёплой крови.
Это страшное видение, открывшееся всем норскенам, явилось предзнаменованием той действительности, что разворачивалась пока ещё в глубине леса, на границе реального и неведомого, но быстро подступала к своему ужасающему воплощению.
- Нам нужно бежать! – отвечал тогда Эйрик. – Скорее!
Альвард бросил быстрый взгляд на зажатый в руке меч – всё ещё теплившийся золотым огнём – и побежал вместе с остальными по тропе, ведущей к другой деревне - а значит, рано или поздно они выйдут и к Моркхайму.
Ярл всей душой надеялся, что они успеют добраться до людей Ульврика -желательно, чтобы тех сопровождал Рунгрим. И не потому он стремился найти чародея, что страшился того мрака, что назревал в лесу, вдали от его глаз, а потому, что понимал – он не сможет защитить своих соратников, когда этот мрак поглотит все окрестные земли. А что это непременно случится - и весьма скоро - он не сомневался.
Ибо мерцание чёрной руны становилось всё менее редким – она начинала гореть ровно, источая чёрный дымок.
В сгущающейся темноте бежал отряд норскенов. Несколько человек - в их числе, конечно, Хельга - уже зажгли факелы, благо что палки и смолу было нетрудно достать – а многие варили смолу на привалах или ночёвках. Ну а людям Альварда факелы были не слишком нужны, потому что его пылающий меч вновь давал вполне достаточно света – и уверенности всем норскенам, что они находятся под защитой могущественного человека.
Сам же Альвард полагался на своё мастерство воина да на волшебный меч в руке. В крайнем случае, надеялся ярл, Рунгрим сможет выручить их всех, если растущая тёмная сила окажется не по зубам даже Дракриттару.
- Близко к деревне, - бросил Эйрик через плечо, старательно сохраняя дыхание, и чуть погодя добавил: – Там отдохнём.
Фростгильс на бегу достал лук и выстрелил куда-то в темноту рощи сбоку, что-то шепнув себе под нос. И потом проговорил, обращаясь к Альварду.
- Началось, ярл.
Альвард кивнул, и, вглядываясь в том направлении, куда улетела стрела Фростгильса, поймал взглядом некую вспышку - и движение, донельзя похожее на падающее тело. Слова друга могли значить только одно. Нежить восстала из небытия и начала охоту за живыми людьми.
- Драуги! – воскликнул Дракриттар.
Заслышав это слово, все, кажется, стали бежать вдвое быстрее. Легенды о драугах передавались у норскенов многие, многие поколения. В том числе из-за угрозы появления драугов у норскенов бытовал обычай сжигать своих мертвецов. Однако все привыкли к тому, что каким-то образом драуги всё же появляются, хотя пепел и не мог никогда обрести такую сложную форму. Никто не мог предвидеть, что в здешних землях найдётся колдун, способный на столь ужасное тёмное колдовство.
Альвард знал: как бы скоро ни бежали норскены, нежить нагонит их, ибо не знает она усталости, и не ведает жалости; а драуги владеют воинским искусством ничуть не хуже живых людей.
Лес и проталины быстро темнели всё пуще, и всё ближе слышались звуки, издаваемые ожившими мертвецами – то был жуткий боевой клич, перетекавший из глухого рыка в хриплый крик.
Альвард между тем переживал происходящие с ним самим перемены – и так одарённый зачаточным восприятием нефизических уровней бытия, через использование волшебного амулета он стал более остро ощущать потустороннюю реальность. Сказать вернее, он чувствовал пока лишь границы этого и загробного миров – и потому он понял, как позади происходило что-то мистическое – и тогда Альвард притормозил свой стремительный бег, пропуская остальных вперёд. Он приник ухом к земле, и уже вполне обычным человеческим слухом расслышал некие пугающие шорохи в её глубине – словно тихий шелест пепла, поднимаемого ветром.
Откуда бы ветру взяться под землёй? Если только с Альвардом уже не играли собственные чувства, и он не слышал звуки загробного мира – а теперь, с наступлением ночи, да и после всего пережитого, он уже ничто не мог отрицать наверняка. И потому ярл, заметно побледневший, быстро вскочил, и, повернув голову назад, теперь уж точно расслышал, как позади и чуть в стороне, на болотах, издаёт свой боевой крик целый отряд драугов – и как звуки эти приближались, словно твари преследовали норскенов по пятам. Сейчас они были, наверное, в тысяче шагов от них. Не так плохо – но уже близко.