Вот вонзилось копьё мёртвого воина в одного из Стенборгов, и он, охнув, упал; Альвард едва успел поразить мечом ринувшиеся к нему тени, раскрывшие свои длинные чёрные пальцы. Его товарищ оттянул раненого назад и сам чуть не получил топором по голове – лишь клинок Альварда, ловко развернувшего меч в новом изящном размахе, остановил смертельный удар, отрубив кисть руки с топором. А потерявший равновесие драуг тюкнулся черепушкой о лезвие меча – и золотое пламя мгновенно охватило её, испепелив череп заоравшего в агонии мертвеца, рухнувшего обезглавленным на землю.
Стенборги явно выдохлись – потерявшие изрядно крови, почти все они уже стояли на коленях и лишь продолжали сражаться, веря до последнего в защиту чудесных сил, которыми обладал Альвард.
Но даже волшебные силы не могли упредить или остановить жестокую волю тёмных созданий.
Альвард защищал Ингрид от драуга – на сей раз враг был вооружён здоровенной булавой – и пронзил шею нечисти, согнувшей Ингрид своим чудовищным ударом (лишь два её скрещенных топора не дали булаве раскроить девушке голову). Своим ударом он оторвал жутко скалящийся череп далеко прочь - разломив, расплавив позвоночник твари чудесным мечом. Пламя его при этом рванулось мощной волной, опалив нависших тут же теней. Но ярл похолодел от ужаса, заслышав страшный вопль позади себя, и тут же развернулся на этот ужасный звук, полный невыразимого страха перед лицом жуткой смерти, и обернулся.
Страшная картина открылась ему, и несколько мгновений, казалось, слились в одну бесконечно тянущуюся минуту. Высокий и тощий драуг в рогатом шлеме, лишившийся обеих кистей рук (валявшихся тут же, сжимающих собою широкий меч), страшно согнувшись над своей жертвой, опёрся о плечи воина костяными культями и раскрыл челюсти так, что надкусил голову Снорри! Только сталь закрытого шлема смогла на секунду остановить чудовищные зубы – и крик Снорри испустил лишь тогда, когда отчаянным усилием он отрезал голову драуга от всего остального - но это явно не помогло, и, хотя костяное тело бессильно упало на него, зубы черепа продолжали смыкаться, пронзая сталь! Альварду сделалось по-настоящему дурно. Он мог только смотреть - разворачивая меч навстречу алчно полыхавшему глазами черепу с огрызком шеи, смыкавшему острые зубы на голове друга – как в этот живущий неистребимой жаждой поглотить дышащее существо мерзкий останок в упор влетает стрела Фростгильса. В следующую секунду золотое пламя разметало раскалывающийся на куски череп. Рогатый шлем со стуком упал в рассыпающийся скелет.
Столь погружены были норскены в свой отчаянный бой, что не заметили, как по небу, серебрясь светом взошедшей луны, пронеслась фантастическая вереница.
Наверху какое-то необычное крылатое существо, очень смахивающее на живой скелет дракона, несло колесницу совершенно непонятного устройства – одно было понятно, что составные части её очень походили на кости, и мерцала она какими-то очень уж подозрительно спаренными по двое огоньками. По бокам от крайне необычной колесницы неслись призрачные крылатые тени человекоподобных созданий. Эта процессия переливалась пурпурным и красным огнём разных оттенков.
И тут с колесницы спрыгнула крошечная фигурка - совершенно незаметная на такой высоте – и пропала. Странная крылатая кавалькада понеслась дальше – только курс её изменился, петлёй улетев куда-то в неведомую высь. Из той точки, где с неё спрыгнула фигура, небо прямо до земли прошил на долю секунды высоченный чёрный столб, и тут же пропал.
А на земле, оправляя свои кажущиеся эфирными потоками густой тьмы одежды, поднимался беловолосый колдун. Его не заметил никто, даже Альвард – ведь все сосредоточились на том, как бы не погибнуть. Норскены были обессилены неимоверно тяжёлыми ударами неживых воинов, истерзаны когтями жадных теней, впивающихся даже не в тело, но более в душу, наполняя каждого человека страхом, безумием и подступающим всё сильнее желанием сдаться смерти. Воители едва держались, лишь плотнее смыкая свой круг – жертвуя пространством для маневров в бою, они просто пытались сохранить друг другу жизни, хотя Стенборги были уже совсем плохи. Уже неважно было, кто из какого клана – они все были людьми, попавшими в страшную ловушку вражеских сил. Снорри, хоть и был чудовищно напуган и до крови ранен в голову, пока держался; из-под смятого шлема на шею уже стекали ручейки крови, но он продолжал орудовать могучей секирой. Кровь обагрила доспехи и бедро Торбальда – лучший друг не мог уже стоять на обеих ногах и сражался, опираясь на одно колено. Эйрик и Хельга стояли на коленях – брат и сестра отработанными движениями прикрывали друг друга. Стенборги же самими своими телами мешали драугам добраться до Ингрид; их со всем тщанием оберегал Альвард.