Альварду было всё равно. Теперь Дракриттары потеряли главного союзника на востоке Норскьяндура, а это значит, что из-за собственного ярла план Тронфъялла по объединению норскенов, как минимум, отложен на много лет – а быть может, и вовсе разрушен. Если Ульврик и не убьёт его, то своё положение Альвард потеряет в любом случае. А Ульврик его казнит, скорее всего.
Но Альвард не жалел о том, что сделал: в этом всё равно не было смысла. Вдобавок, он всё ещё верил, что поступил так, как должно было поступить, особенно в создавшемся положении. Так он и скажет Ульврику, и будь, что будет.
С этими мыслями Альвард вошёл в жилище Льётольва.
На древнем каменном троне вождей Моркир, украшенном резьбой и расположенными в особых нишах черепами врагов и чудовищ, сидел сам Ульврик. В то же время хозяин дома сидел рядом, на простом стуле из сколоченных вместе брусков и досок, накрытых медвежьим мехом.
Этих двух вождей окружали их дружинники – среди них Ингрид, Рунгрим, Гюннар и другие Стенборги рядом с Ульвриком, а возле Льётольва - Хельга с Эйриком, стоявшие чуть позади огромного норскена с косматой гривой чёрных волос и длинной бородой, спускавшейся чуть не до груди. Видимо, то был их отец.
Ингрид печально смотрела на Альварда. Дракриттар понадеялся, что она переживала за него. Но об этом нечего и думать, оборвал он собственные мысли.
- Альвард Торгильсон, - строгим, обвиняющим тоном произнёс наконец Ульврик, порвав нависшее над людьми тягостное молчание. – Что же ты наделал? – В голосе ярла послышались нотки печали.
- Я поступил так, как посчитал правильным.
- Ты отпустил преступника на моей земле! – возмутился ярл Стенборгов. - Ты не имел права распоряжаться его судьбой без моего согласия!
- Я пошёл на это, ясно осознавая, на чьих землях я нахожусь. Но я не поднимаю меча на того, кто пришёл мне на помощь в трудную минуту боя. И я готов поплатиться за свои деяния – только моих воинов не казни.
Ульврик отвернулся.
- Не могу тебя видеть. А убивать и того горше и тошней. Льётольв! Брось его в темницу. Пусть Дракриттара - как и его дружинников - стерегут Моркир, его древние враги, и он умоляет о подачках из их рук, а не разделяет её за одним столом с друзьями, которых он предал. Я покину это место и направлюсь в Исаборг - я обдумаю произошедшее у себя дома, где окончательно решу его судьбу. Меч его я тоже заберу – отдам Рунгриму на хранение. Такую милость я проявляю лишь только потому, что клан Дракриттаров многие годы был нашим первейшим союзником. Что такое, дочь моя? – обратился он к Ингрид, порывавшуюся что-то сказать ему.
- Отец, позволь мне остаться тут. Мало ли какие ещё сокрытые силы найдёт в себе мятежник? Да и за Моркир тоже пригляд нужен, пока тут всё не успокоилось. А я заодно буду учиться управлению.
Ульврик, подозрительно щурясь, быстро метнул взгляд на Альварда.
Ярл Горного Престола понял. Ульврик знает.
- Нет. Прости, Ингрид, но ты поедешь со мной. Мы все едем в Исаборг. Рунгрим сообщил мне утром тревожные вести. Надо как можно быстрее отправляться домой. И да, Льётольв, я заберу половину твоих людей.
- В таких обстоятельствах, разве могу я перечить своему ярлу? – ответствовал тот.
- На том и порешили. Суд окончен. До срока, - грозно сказал Ульврик, поднимаясь с трона вождей.
Альвард стоял, поникши головой. Ему даже не дали умереть. Заперли, как пса. Наверное, Ульврик считал это самым правильным решением.
Проходя мимо, Ульврик, даже не посмотрев ему в глаза, ударил его в живот.
- Предатель, - только и прошептал он.
Альвард не сопротивлялся. И рухнул на колени, сгибаясь от мощи удара, перехватившего его дыхание.
– Мы были почти что роднёй, - продолжил он громче, остановившись подле Альварда. - Но Альвард Торгильсон предпочёл променять всё, чего достигали наши предки, на сиюминутные удобства, которые он, наверное, считает идеалами. Идёмте, братья. Мы вместе сражались против колдуна – хоть и не того – будем бить врагов и дальше. Без пришлых с дальних земель.
И владыка Атварфа вышел из дома Льётольва.
- Исполните приказ ярла, - провозгласил вождь Моркир, и отец Хельги и Эйрика вместе с ещё одним норскеном своего клана поднял Альварда на ноги.
- Пойдём-ка, парень.
- Нехило ему Ульврик врезал, - бросил кто-то.
Альвард, влекомый двумя воинами Моркир – снова, по знаку Рунгрима, надевших на него цепи - с трудом переставляя ноги, побрёл обратно – прочь из высокого и просторного дома вождя, на место своего заточения – в низкую полуподземную избу.
Его бросили обратно на его лежанку – но приковывать обратно к столбикам, стоящим по углам от неё, не стали. Один воин встал у двери, а отец единственных хорошо знакомых Альварду жителей Моркхайма вышел вон. Наверное, был больше нужен Льётольву; Альвард помнил, что он – чуть ли не сильнейший воин Моркир.