Там, в одной из многочисленных тёмных ложбин, примерно в полусотне альнов от первых укреплений Скоггеборга – воткнутых в землю заострённых кольев – туман окружил небольшой клочок земли – а занимала его хорошо знакомая ярлу композиция. Черепа, нанизанные на сложно составленные палки. Они торчали поодиночке, или висели целыми связками – но Альвард заметил пурпурные огоньки, мерцавшие в их глазницах – вернее, это с вершины они смотрелись как маленькие искорки – но на деле они горели мощным пламенем, потоками волшебного огня вырывавшемся из глазных ям. Тут и там по всему участку из земли иногда вырывались столпы такого же пурпурного огня. Альвард быстро припомнил, что в одном таком столпе сгорел драуг, с которым они столкнулись вместе с Эйриком Хельгой – кажется, двумя днями ранее, но Альвард воспринимал те дни так, словно то было целую жизнь назад.
И тёмная тень пронеслась с того места, разрывая белые клочья тумана, в сторону болот, где тоже загорались пурпурные огни…
Бояться было нечего - ярл это понимал, умудрённый беседой с колдуном. Но он всё равно не мог спокойно выносить происходящего вокруг. Чтобы успокоиться, ему нужно было разыскать друзей, чьи голоса - он иногда слышал краем уха - доносились откуда-то с нижних ярусов скальной крепости, обещавшей стать со временем грандиозной фортификацией – но планам Альварда на эту крепость уже вряд ли суждено было сбыться.
Собравшись вместе, они зажгли костёр высоко на западном склоне скалы, чтобы Моркир, увидев этот сигнал, могли пересесть на коней и безбоязненно двигаться к крепости.
- Вы видели? – спрашивал Альвард своих друзей, сидя у того костра. – Что происходит на болотах?
- Что ты имеешь в виду? – спросила Боргильда.
- Ну как же! – воскликнул ярл. – Огни в туманах!
- Я видел их, - произнёс Торбальд, и Сигурд кивнул – видимо, в знак того, что и он видел то, о чём спрашивал их ярл. – Фиолетовый огонь, столпами прорывавшийся к северо-западу отсюда.
- На болотах Моркир, - тихо произнёс Сигурд. – Там действует колдовство Вестника Ночи.
- И оно подбирается к самым стенам Скоггеборга, - продолжил Торбальд. - Хотя здесь сотворил чары волшебник, проповедующий истинность Света. Интересно, сохранят ли они нас от драугов, что выходят из-под земли?
- Не вижу причин думать иначе, - пожал плечами Альвард. – Это привычный и понятный нам источник защиты от всякого зла. А главное, не раз доказавший свою действенность. А это… меня до сих пор вымораживает то, как же эти штуки приковывают к себе взгляд.
- Не просто так, - вступил в беседу Фростгильс. – Эти черепа там – колдун говорил, чьей кровью они запечатаны. Если над богами и великанами и вправду есть повелители, то их кровь обладает чудовищной, непредставимой силой. Наверное, только такая сила сможет остановить источник появления драугов и всей другой нечисти… эта бездны силы, конечно же, притягивает к себе слабые человеческие существа – как и всякая другая бездна.
- Фростгильс - ты, как всегда, умеешь нагнать страху! – воскликнул Снорри.
- Я разъясняю, что в нашем мире есть тёмные материи – и не следует забывать об их влиянии на всех нас.
Сигурд вновь согласно кивнул, признавая правоту своего товарища.
После этого, правда, разговор как-то совсем перестал клеиться, и в наступившем молчании друзья стали ждать появления Моркир.
Ждали они недолго – в скором времени они заметили, как в отдалении сквозь деревья к подножию скалы скачет, освещая себе дорогу факелами, отряд Льётольва.
- А вот и Моркир, - пробормотал Альвард. – Теперь и обговорим наши планы как следует…
Прошло несколько минут, и конный отряд Моркхайма прибыл под склоны Скоггеборга.
- И часто ты оказываешься прав, ярл Тронфъялла? – окликнул Альварда вождь Моркир, поднимаясь к стоящим у своего костра Дракриттарам.
- Не всегда, - уклончиво ответил Альвард.
- И всё же во многом ты видишь верное решение, - похвалил того Льётольв. – Ты предвидел оставление Стенборгами своего Скоггеборга! И ты не зря заслужил преданность своих людей, я теперь увидел это.
- Мы не предаём ярла, даже когда он оступается! - вступила в разговор Боргильда, и все остальные Дракриттары согласно заголосили. – С ним мы готовы разделить и радость побед, и горечь поражений!