Но, пока волновалось сердце Альварда, он услышал другие голоса по пути на вершину горы Исаборга. И эти голоса, полные злобы, старались подавить другой, тоже очень хорошо знакомый Альварду голос, отчаянно звавший на битву.
Ярл не смог продолжить восхождение на вершину. Он повернул туда, где слышал слабый на фоне зловещих выкриков врагов голос Ингрид.
И на очередном дворике, окружённом проломленными стенами из тёсаных брёвен, он увидел её.
С окровавленным лицом, окружённая упавшими телами воинов, освещаемая пламенем горящих строений, воительница собрала вокруг себя уцелевших Стенборгов. Они стояли, отбросив сломанные щиты, заслонив собой согбенного старика, спускавшегося по стене дома, оставляя полосу крови на закопчённом дереве, из последних сил сжимавшего пальцами рукоять меча.
- Твоя борьба окончена, Ульврик Рориксон, - с насмешкой произносил великан, стоявший спиной к пламени - его чёрная тень протянулась до воинов Ингрид. Он опускал огромный лук – страшных размеров стрела пронзила ярла Стенборгов.
Неужели этот старик – Ульврик? Да, точно. Вот он обернулся на подъезжавшего Альварда – и столь много было в этом взгляде боли, удивления, сожаления, что Альварду стало даже почти жаль старика. А ведь он готов был – видят боги, готов! - пронзить его сердце острой сталью! Но Ульврик уже поплатился за то, что совершил в Моркхайме. Теперь ярость и злоба малозначительны, а месть не имеет больше смысла.
Он бросил взгляд на меч. Не его. Но где же Браннинг?..
- Ты явился слишком поздно, пёс Стенборгов, - обратился великан к Альварду.
Это, без сомнения, был человек – но столь огромного роста, какого Альвард ещё не встречал, хотя и сам был отнюдь на маленьким. Ещё одно отличало великана от прочих – его доспехи. Все вокруг были одеты подобно норскенам – в небогатые кожаные либо железные доспехи из нагрудных пластин. Но великан был весь закован в броню, и тогда Альвард понял, что он из империи Шаттмаар. Наверное, слуга Обскурата – ибо его испещрённые волнистыми гранями доспехи воронёной стали выглядели в точности как у солдата тёмного ордена - усеянные шипами на плечах, руках и ногах, они производили устрашающее впечатление.
Гигант подскочил к коню Альварда – и голова его была перед глазами всадника. Огромный человек что есть мочи ударил Альварда в грудь, подбросив и выбив ярла из седла. У Альварда перехватило дыхание – и его припечатало о землю, чуть не выбив дух.
- Убирайся прочь, порождение Хель! – крикнула Ингрид надорванным от горя голосом.
Тут же раздалось отчаянное ржание, оборвавшееся столь же внезапно, как и начавшееся – и громкий стук упавшего лошадиного тела заместил собой пропущенный удар сердца Альварда.
- Я уничтожу здесь всех, дочь Ульврика! – обернулся великан к Ингрид.
Альвард не мог пошевелиться. Но он услышал, как пронеслись где-то позади воины Льётольва. И тогда твёрдая надежда на преданность вождя Моркир пошатнулась в нём. Альварду казалось, что вот сейчас он бесславно умрёт, лишённый своего меча – а Браннинг достанется Моркир, и племя Дракриттаров падёт. Но, быть может, так решили норны у корней мирового древа, и именно семья Льётольва теперь обретёт наследие Дракобоев. Что угодно - только бы меч не попал в руки этим пришельцам! Кажется, они пока не знают о том, что Браннинг здесь…
Чьи-то сильные руки подняли его на ноги. Альвард, чтобы не упасть, инстинктивно схватился за уздечку коня – не своего. Его несчастный конь уже пал жертвой безмерной жестокости огромного человека.
- Исаборг падёт – как и все мелкие кланы Атварфа. И тогда Тёмный Зрак Обскурата обратится дальше на запад… на горделивые Дымные Пики! Пора покончить с отродьем Дракобоев!
Альвард не мог выдать себя. Не мог вступиться за честь рода. Он всё ещё не знал, где его меч – а без волшебного меча противостоять великану казалось просто невозможным, непростительно глупым предприятием. Лишь робкая надежда тлела в душе Альварда: что тридцать воинов как-то помогут Рунгриму – который в данный момент перестал быть Альварду врагом – и спасут положение.
- Я остался здесь, чтобы покончить с семьёй Стенборгов – но битва наверху зовёт меня, - проговорил великан, устремившись к группке Ингрид.
Из тени вышли ещё несколько врагов - но они были куда ниже своего предводителя, будучи привычного для норскенов роста.
И тут люди Альварда метнули в них топоры, ножи и стрелы – и враги заслонились щитами. Но и у Ингрид были люди под началом, и они, подавшись стеною вперёд, также не сплоховали, отправив свою порцию железа в мясные тела. И предсмертные крики пронзаемых копьями и стрелами врагов огласили пространство дворика.