Альвард ужаснулся тому, что колдун может так запросто влезать в чужую голову, но теперь этот колдун занимал его более прежнего. Что это он, собрался учить Альварда волшбе, что ли?.. Фраза его звучала знакомо…
- Ты пойдёшь с нами всё равно. Мы должны выяснить, кто сотворил это с нашими людьми, - напирала Ингрид.
- Что ж, выясняйте. Я-то тут причём? – спокойно поинтересовался колдун.
- Ты мешаешь нам. Помоги – или уходи прочь немедля, - оборвал перепалку Альвард.
- Я не подчиняюсь земным владыкам, тем более простым ярлам из Норскьяндура, Альвард Торгильсон. Могу также сказать, что вы сами мешаете мне творить чары.
- Кому ты служишь, тёмный? – Альвард в запале выхватил клинок и выставил его против колдуна.
- Я могу вас познакомить с моими повелителями, коли уж вам так невтерпёж… - колдун хмыкнул себе под нос. - Но прежде, дайте мне уже совершить погребение: я не могу оставить заклинание.
- Что? – сдуру выпалил кто-то.
- Отойдите в сторону, почтенные, вот что, - проворчал колдун, и невольно разведчики отступили.
Почтение к мёртвым и жест Альварда, приказывающий воинам отойти, также поумерили их пыл. Оружия они, впрочем, не опустили.
- Ты что творишь? – зашипела Ингрид на ярла.
- В одном этот колдун прав. Неоконченные заклинания со временем выходят из-под контроля. Я надеялся урезонить этого типа, чтобы он обратил заклятье - но уж лучше он доделает свою работу, чем тут разверзнется преисподняя. И потом, он ведь обещал погребение этим воинам. Если же он солгал – ему несдобровать. Ни один колдун, исчерпав колдовство, не выдержит боя с дюжиной добрых воинов.
- Что-то он не похож на заурядного колдунишку… - недоверчиво пробормотала Ингрид вполголоса.
В это же время сам колдун дочертил, видимо, дополнительные, стабилизирующие заклятье линии, и встал в центр сложного переплетения узоров: магистральные линии хитроумной фигуры начинали, моргая, наливаться насыщенным пурпурным светом, а сгоревшие уже тела охватили языки пламени того же цвета.
- Это ещё что такое… - нахмурился Альвард, прикрыв глаза. – Он творит некромантию... или что-то до мерзости схожее.
- Ну ты и умник, - бросила ему Ингрид. – Некроманта проворонил!
Между тем глазам разведчиков предстало совершенно изумительное видение. Из тел погибших воинов, словно пар, стало испаряться что-то эфемерное, призрачно-белого цвета. Слышались воинственные крики, звон мечей и секир, стук и треск щитов. Над этими призрачными тенями – душами воинов, насколько мог понять Альвард - носились другие, крылатые и более густые, и уносили души куда-то вверх.
- Он что, отправляет их в Валхаллу? Сам? – поражались разведчики.
- Да кто такой этот колдун? – вопрошали другие.
- Даже некроманты неспособны на такое! – поражался Альвард. – Одному лишь Всеотцу угодно призывать души воителей в свои чертоги! Или это какое-то наваждение?!
Пока души воинов расставались с прежними телами, горящие тёмным пурпурным огнём уродливые останки медленно поднимались из праха. В глазницах расплывшихся черепов разгоралось тёмно-пурпурное мерцание – только свечение было теперь куда ярче и насыщеннее.
- Драуги[3]! Он создал себе войско мертвецов! – со смесью ужаса и восхищения воскликнул Фростгильс.
- Ты поплатишься за свою грязную ложь, чернокнижник! – восклицали иные.
- Их души обрели покой – вы сами видели. Что вам ещё нужно? – искренне не понял колдун. Между тем нежить собиралась вокруг некроманта[4].
И пока Альвард порывался убить колдуна на месте, другие медлили. Атаковать некроманта означало бесповоротно навлечь на себя его гнев, а разбираться с таким количеством уже погибших воинов никто не рвался.
Неизвестно, ушёл бы колдун спокойно или нет - но верно то, что дальнейший ход событий никто не предполагал.
Раздался певучий, переливающийся по лесу звук боевых рогов, и из-за скалы явственно донёсся стук множества копыт – то были несколько конных отрядов – или один, но, по здешним меркам, весьма крупный.
Лицо колдуна исказилось, и он совершил несколько быстрых круговых движений руками, крутанувшись вокруг оси и взметнув полы своего плаща до самых глаз. Мертвяки вокруг него, полыхнув глазницами, мигом закопошились: с необычайной сноровкой они стали сливаться в одно неясное нечто; непонятную конструкцию, какую-то диковинную машинерию - навроде тех, что есть у южан или имперцев далеко на востоке.
Пока нежить была занята чем-то не связанным с построением и атакой, разведчики заметно приободрились, и стремительно сузили круг.
Из-за скалы на лесную дорогу вылетела конница. Лязг оружия и стук копыт раздавались уже совсем близко – сейчас пересекут лесное укрытие, и тогда…