— Ну не пятнадцать, — Местечкин впился взглядом в спокойное лицо Вадима.
— Допустим. А если у Щедрина появится любимчик? Как я слышал, генерал не постоянен, — Вадим поставил две бутылки вина на стол и выбирал какую открыть.
— Это все теории.
— Теории, — согласился Вадим и взял бутылку с гранатовым вином, — Но мы с вами, можем договориться, чтобы они остались теориями. А вы, скажем, в течение полугода, займете место Щедрина.
Местечкин засмеялся. Он откровенно ржал. Так, хорошо ему давно не было.
— Вы думаете, что я вам всех бандюков отдал? Музыкант сидит у меня.
Алексей Игнатьевич перестал смеяться.
— Угрожаете? Хотите с собой утащить меня? — Местечкин прошел к сейфу и достал толстую папку, — здесь у меня ваша смерть. Даже бог не сможет спасти вас перед лицом гнева государя!
Вадим также спокойно продолжил.
— Видите, у вас есть папочка, у меня Музыкант, мы можем договориться. Кто вам помешает находить новых авторитетов по анонимным заявкам?
— А вы получите Петербург? Везде свои щупальца просунете?
— И вас в обиде не оставлю, — Вадим подвинул бутылку вина к полковнику, — очень хорошее, от моего друга из Грузии. Вы не подумайте, что мне интересно заниматься самогоном или проститутками. Это же мелочь. Вместе мы можем намного большее.
— Например?
— Оружие. Не на улицы города, не бедным студентикам-революционерам, а целым государствам. Целыми кораблями.
— У вас ничего не выйдет, — Местечкин успокоился и сел за стол. — По вашу голову пришло распоряжение от Николая Павловича, вы отправляетесь в ссылку на Кавказ. Служить. Вам повезло, что император сейчас в Крыму, а то разжалобил бы в рядовые.
— Неприятная новость, — согласился Вадим, — какие-то еще распоряжения?
— Нет, но с таким письмом, вам не одобрят завод, — улыбнулся Местечкин.
— Посмотрим. Ссылка не вечна, — заметил Вадим. — Вы подумаете над моим предложением?
— Подумаю. Что у вас останется когда, а вернее если, вы вернетесь? Кредит банку вы еще не отдали, продавать имущество Старейшин придется долго.
— О, за деньги не волнуйтесь, — Вадим открыл бутылку, выпуская сладкий аромат. Местечкин потянул носом и достал пару бокалов.
— Какой аромат, а?
—Ладно, наливайте, — полковник пододвинул бокалы.
Вадим выпил первым и закусил яблоком, чтобы сбить запах алкоголя. Алексей Игнатьевич поигрался напитком в руке и отпил.
— Хорошо.
— Не пейте все сразу, дайте вину надышаться, — Вадим взял корзинку с фруктами и оставшуюся бутылку.
— Куда?
— Мне еще с генералом разговаривать, у него кабинет над вашим, верно? — Вадим пошел к двери кабинета, Местечкин опешил от такой наглости и не сразу бросился проверять, куда ушел "гость". Но Вадим поднялся по лестнице и обратился к секретарю генерала.
— У меня назначено, Беркутов.
Секретарь полистал журнал, прежде чем задумчиво почесать голову.
— А сопровождение?
— Так, вон полковник, — Вадим помахал рукой Местечкину.
— Тогда проходите, — секретарь постучал в дверь и пригласил Вадима зайти.
Генерал стоял у открытого окна, спиной к двери, и курил.
— Проходите, — веселый голос.
Комната занимала места как два кабинета Местечкина. Колонны у стен, длинный стол буквой Т для переговоров из мрамора. Пара высоких сейфов и британская мебель.
— Расскажите, молодой человек, как вы докатились до такой жизни, — повернулся Щедрин к улыбающемуся Вадиму.
Эта улыбка даже сбила генерала с настроя.
— Очень рад познакомиться, — Вадим потянул руку поздороваться да так и замер, — ваше высокоблагородие. Честное слово, понятия не имею, зачем я мог пригодиться вам.
— А я уверен в обратном, — генерал расстегнул нижнюю пуговицу на мундире и сел в тяжелое кресло, на протянутую руку он даже не посмотрел. — Вами недовольны. Это еще полбеды, но "кто" вами недоволен, вот в чем вопрос.
— Я вас не понимаю, кто мной недоволен? Лавочник какой пожаловался или рабочий? Так это клевета, — Вадим опустил руку и смущенно замотал головой. Дневной свет из больших окон зайчиками играл в его пенсне.
— Лавочник, рабочий, бульварный газетчик, — процедил генерал и открыл сейф.
Он достал письмо и надел очки, чтобы громко зачитать:
— Его Императорским Величеством, правителем всея Руси, княжества Финляндского и так далее, повелеваю сослать поручика Беркутова Вадима Борисовича на службу в действующую армию, — Щедрин поднял глаза, чтобы насладиться эффектом, но увидел только глупо улыбающегося Вадима, — Вам что-то непонятно?