– Финн, Рокки, подождите! – крикнула Эмма.
Чез и Кона тоже что-то кричали. Их голоса слились, и до Финна доносились только обрывки:
– Нелогично… обдумать план… сначала надо…
А потом он посмотрел на Рокки – и забыл обо всём.
– Некогда ждать! – закричал Финн и прицелился рычагом чуть ниже того места, по которому ударил Рокки. – Вы обдумывайте план, а мы с Рокки пока начнём!
Рычаг опять отскочил от стены.
– Что такое? – жалобно спросил Финн.
– Финн, не надо… – начал Чез.
Но Финн не слушал брата. Он с размаху хватил рычагом по полу, как будто забивал гвоздь.
И опять ничего не вышло.
Все замолчали.
Финн словно взбесился. Он начал молотить рычагом по стенам, по половицам, по ступенькам, даже по столу. Никто не мешал ему, хоть он и походил на сумасшедшего. Он опрокидывал торшеры и вазы, сбивал со стен картины и фотографии.
Но с тем же успехом он мог размахивать обыкновенной палкой.
Ничего не изменилось. Нигде не открылся туннель. Рычаг не желал соединяться с поверхностью: казалось, из ключа между мирами он превратился в обыкновенный кусок металла.
В отчаянии Финн запустил рычагом через всю комнату и сшиб одну из немногих уцелевших настольных ламп. Та упала и разбилась вдребезги, а рычаг как ни в чём не бывало прокатился по исцарапанному деревянному полу.
– Ну почему ничего не получается?! – проскулил Финн. Он рухнул на пол, словно кости у него превратились в резину, и его охватила полнейшая беспомощность, как Эмму среди бомб-вонючек. Только бомбы тут были ни при чём. – И как мы теперь спасём остальных?! – простонал он. – Как нам спастись самим?!
Чез и Эмма сели рядом с ним и стали гладить его по спине, успокаивая и утешая. Потом подошли Рокки, Кона и Кафи. Кона погладила Финна по голове, а Кафи обслюнявила ему щёку.
Но никто не ответил на его вопросы.
«Никто не скажет этого вслух, – подумал Финн. – Никто не признает…»
Теперь они никого не могли спасти. Ни маму, ни Натали. Ни папу Коны, ни маму, брата и сестру Рокки. Все они остались в доме госпожи Моралес, на который напали злодеи из плохого мира.
А Финн, Чез, Эмма, Рокки, Кона и Кафи застряли в этом плохом мире.
Глава 26
Эмма
– Послушай, – сказала Кона.
Эмма перестала гладить Финна по плечу. В её голове крутилась одна и та же мысль: «Почему все места, в которые Финн и Рокки тыкали рычагом, оказались уже использованными?»
– У меня есть идея, – шёпотом продолжала Кона. – Но я хочу сначала рассказать о ней тебе, прежде чем всем остальным, потому что… – Она запнулась, но Эмма её прекрасно поняла.
«…Если и это не поможет, все опять огорчатся».
– Ладно, – сказала Эмма.
Кона жестом позвала Эмму за собой.
– Мы сейчас вернёмся, – сказала та.
Но её никто не услышал: Рокки и Чез утешали горюющего Финна.
Кажется, Кона оказалась самой внимательной и быстро сообразила, что делать. Кона взяла Кафи на руки и вместе с Эммой вышла в самый центр комнаты.
– Чтобы найти место для рычага, нужно найти место, к которому ещё никто не подходил, – сказала она.
Эмма невольно улыбнулась.
– Мы подумали об одном и том же! – воскликнула она. И тут же её улыбка увяла. – Но тут есть проблема…
– Кажется, я её решила, – перебила Кона и указала наверх.
Потолок в гостиной был высокий, как в старинном соборе. Эмма ахнула, когда до неё дошло.
– Нужно приставить рычаг к потолку, – сказала она, – потому что наверняка раньше этого никто не делал.
– Ага, – кивнула Кона.
Эмма вытащила рычаг из-под стола.
– О нет, как высоко, – простонала она, запрокинув голову. – Как мы дотянемся до потолка, если откроется тоннель? Или это будет скорее дымоход?
– Мы найдём стремянку, – предложила Кона. – Или спустим верёвку со второго этажа. Надо будет взять её с собой – вдруг на той стороне придётся по ней слезать. Тогда мы застанем злодеев врасплох. Но… это если рычаг воткнётся. Если… когда появится надежда.
Это всё звучало бредово. Всё, кроме слова «надежда».
– Ты молодец, – похвалила Эмма.
– Ты ещё не видела, как я бросаю мяч, – похвастала Кона, сгибая руку. – Так, давай махнёмся. – Она взяла у Эммы рычаг и передала ей Кафи.
– Пф, – фыркнула Кафи, ухватила пухлыми ручонками Эмму за щёки и притянула её к себе вплотную. – Фай.
– Правильно, Кафи, болей за меня, – сказала Кона. Она покрепче ухватила рычаг, несколько раз примерилась и запустила им в потолок.