Лана остановила «Гольф-кар» на краю парковки. Автомобильчик спрятался среди многочисленных громадных джипов. Но в машинах никто не сидел, и никто не сновал между парковкой и телецентром. И в будке у входа в башню не было охранника.
– Я дочь генерального директора, – негромко произнесла Лана. – Я следую его указаниям. Он велел мне ехать сюда. Я…
– Ты репетируешь? – догадался Финн.
Лана мрачно кивнула.
– Ты дочь генерального директора, – повторила Кона. – Тебя не арестуют, если ты попытаешься войти в здание телецентра. В худшем случае тебе скажут: «Уйди, девочка».
Чез мог предположить варианты и пострашнее.
Все вывалились из крошечного «Гольф-кара», как клоуны в цирке. Кафи жевала рукав Коны. У Финна волосы стояли дыбом. Эмма рассеянно накручивала на палец шнурок от мешочка. Даже когда он стукал её по носу, она, похоже, этого не замечала.
– Зря мы не переоделись, – сказал Чез. Все, кроме Ланы, были в том, в чём легли спать накануне – в шортах и футболках (не считая комбинезона Кафи). – Тогда мы бы выглядели более официально.
– Даже во фраках и бальных платьях мы будем выглядеть как дети, – буркнул Рокки. Тем не менее он решительно выпятил подбородок и повернулся к лестнице. Девочки и Финн тоже. Чез сглотнул и последовал за ними.
После пыхтения «Гольф-кара» тишина на парковке казалась зловещей – как будто она тоже была поддельной. Чез напряг слух, пытаясь уловить треск рации охранника или голос сотрудника телецентра: «Отлично сняли, завтра сделаем ещё лучше».
«Нет, люди в этом мире говорят не так. «Отлично сняли, многих обманули! Завтра выдумаем что-нибудь ещё», – подумал Чез.
Но он ничего такого не слышал.
Они подошли к лестнице и, проскользнув мимо пустой будки охранника, добрались до двери…
– Я назову папин пароль, чтобы нас впустили, – прошептала Лана.
Но пароль не понадобился: дверь была приоткрыта.
– Наверное, все побежали к телевизору – ведь он оказывает на людей магнетическое действие, – предположила Эмма. – Они даже не позаботились прикрыть дверь.
«Или это ловушка», – подумал Чез.
Но вслух он ничего не сказал и, когда Лана открыла дверь, покрепче сжал в кармане мешочек с монетками и последовал за остальными.
В коридоре стоял широкий стол – вероятно, для дежурного или охранника. Впрочем, не важно, потому что за столом никого не было.
– Отсюда можно наблюдать за тем, что творится во дворе, – сказала Лана, обходя стол.
Чез пошёл за ней и увидел ряд экранов, встроенных в стол. На одном была парковка. На другом – вид входной двери снаружи. На третьем – люди, которые кричали, размахивали кулаками и…
Лана заслонила экран сумкой с монетами.
– Не смотри, – приказала она. Этот экран показывал то же, что и телевизор, и чуть не притянул всех к себе. Чез несколько раз вздохнул. – Вот что нам нужно, – сказала Лана, указав на экран сбоку.
Видимо, камера наблюдения была установлена в столовой, потому что объявления на стенах гласили: «Суп дня: гороховый» и «Блюдо дня с двумя гарнирами». На других экранах – не считая того, что прикрыла Кона, – людей не было.
«Не убирай сумку. Не надо. Нет». Чез потёр монетки в кармане и заставил себя сосредоточиться на столовой.
За столами сидели десятки людей. Но никто не ел – все, сохраняя зловещую неподвижность, смотрели в пространство. Их притягивал телевизор. И Чеза тоже. На экранах, висящих в столовой, люди дрались, и ослепительные взрывы швыряли их наземь. И…
Кона села на экран, закрыв обзор.
– Эй, – возмущённо воскликнул Рокки. – Давайте посмотрим! Надо же выяснить…
– Вас опять начали гипнотизировать, – перебила Кона. – Этого нельзя допустить.
– Помогает, если потереть монетками глаза, – заявил Финн и тут же продемонстрировал. – Вот! Мне расхотелось столкнуть Кону. Давайте приклеим монетки над глазами… вот так! – Он достал из сумки скотч и быстро прилепил несколько монет ко лбу и вискам. – Кому-нибудь дать скотч?
– Спасибо, я обойдусь, – сказала Лана.
И тогда вопреки всему Чез чуть не рассмеялся. Никакой страх не заставил бы старших ребят уподобиться восьмилетнему мальчику. Даже Эмма взглянула на младшего брата с сомнением.
– Это студия? – спросил Рокки, показав на тускло освещённую комнату на экране, в которой стояли огромные камеры на треножниках.
– Да, – ответила Лана. – И нам надо туда.
– Кто-нибудь умеет управлять камерой? – спросил Чез, шагая вслед за Ланой по пустому коридору – разумеется, синему с оранжевым бордюром. – Нам некогда долго возиться.
– Я немножко научилась у папы, – сказала Кона в ту же секунду, когда Лана, пожав плечами, ответила: