[1] Самовар — следователь (тюремн. жаргон)
[2] Марафет — кокаин, наркотик (тюремн. жаргон)
[3] R.I.P. - (requiescat in pace, riposa in pace, rest in peace — «покойся с миром») — эпитафия, традиционная надпись на надгробиях.
Глава 24
Следак продолжал пялиться в небеса, беззвучно шевеля губами, то ли молился, то ли просил помощи для борьбы с преступностью у Высших Сил. Ему, конечно же, никто не ответил, но мы все видели и слышали. Скоро, очень скоро «Высшие Силы» постараются изменить все к лучшему. Вот только я, почему-то, опасался накосячить в очередной раз. Одна надежда на Айю, она-то уж основательно подкована в этом нелегком вопросе — богиня, как-никак.
— Ну, — нарочито бодро произнес я, устав наблюдать за спасенным от неминуемой смерти следователем, — чего стоим? Кого ждем?
— Тихо! — Айа приложила пальчик к губам.
Я замолчал, непонимающе уставившись на девушку. Чего там она еще придумала?
— Ты хотел узнать, что будет дальше, — загадочно произнесла она, указав на бездыханное тело Коли Терминатора. — Не передумал?
— А что, правда можно? — глупо улыбаясь, вопросом на вопрос ответил я.
— Можно, — кивнула она, — если осторожно!
— Тогда я готов, как пионэр! — Я шуточно отсалютовал по-пионерски поднятой рукой.
— Тогда держись, пионэр! — предупредила Айа, проведя рукой по моим глазам.
Окружающий мир неожиданно подернулся дымкой, а через мгновение и вовсе исчез. Пропали окружающие нас дома и деревья. Растворился в небытие и «зависший» над телом Терминатора следователь. Исчезло все, кроме лежавшего на спине бездыханного трупа.
Мы с Айей стояли возле него на бесконечной асфальтированной дороге, исчезающей где-то вдали, за линией горизонта. По низкому и неестественно серому небосводу бежали тяжелые грозовые тучи, в которых нет-нет, да и проскакивали ветвисто-изломанные сиреневые разряды. Солнца не было в принципе, хотя, царящий вокруг туманный сумрак, такой же серый, как и нависающее над нами низкое небо, не мешал рассматривать окружающую обстановку без особого напряга.
Дорога разрезала напополам цветущий зеленый луг, заросший мелкими бледными цветами — дикими тюльпанами. Однако, мне показалось, что окружающие меня «краски» несколько тускловаты и неестественны — трава не такая зеленая и яркая, какой должна быть на самом деле, словно припорошена серой пылью, под стать низкому небу и клубящемуся вездесущему туману.
— Где мы? — изумленно спросил я свою «проводницу» богиню, продолжая пялиться по сторонам. И вот ей-ей, я едва не сбрендил, когда заметил вдалеке несущийся в бешенном галопе силуэт кентавра.
— Это Асфоделевый луг, — пояснила Айа, простерев в стороны руки. — Преддверие Полей Наказаний, где предаются забвению души, не совершившие в своей жизни ничего плохого, но, так же, не сделавшие ничего хорошего…
Неожиданно вздрогнувшая земля прервала объяснения богини. Асфальт под телом Коли Терминатора, лопнул и разбежался по сторонам ветвящимися трещинами. Мы с Айей попятились подальше от трупа, вокруг которого асфальт начал крошиться и проваливаться куда-то вглубь. Из образовавшихся проломов неожиданно выметнулись многочисленные дымные щупальца, с хищно загнутыми крюками на концах, отливающими металлом. Крюки с мерзким хрустом вонзились в распростертое на растрескавшемся асфальте мертвое тело и мгновенно спеленали его по рукам и ногам. Затем они оторвали его от земли и, разбив уцелевшие под телом остатки асфальта, уволокли труп Терминатора в пугающую темноту.
— Чё это за хрень? — немного заменьжевавшись, спросил я.
— Духи мщения, — ответила Айа, — преданные «псы» загробного мира. Именно они доставляют души на посмертное судилище.
— А я думал, их везет старик Харон на своей лодке. Не так?
— Не совсем, — ответила богиня. — Коля Терминатор — особый случай. За маньяками-убийцами присылают именно духов мщения. Такие дела стараются рассмотреть вне очереди.
— Надо же, — удивленно присвистнул я, — в загробном мире тоже есть очереди?
— Нет, с очередями здесь попроще, чем в мире живых, но, таких вот выдающихся отморозков, стараются пропускать вперед. Не передумал еще? — поинтересовалась Айа, пытаясь взять меня «на слабо».
Но, не тут-то было! Все увиденное только еще больше подстегнуло мое любопытство. А с такой провожатой я не боялся никого и ничего — моя девушка не какая-нибудь там лохушка, она настоящая богиня с большим и острым мечом.