В общем-то, ничего нового в досье не прибавилось. Все те же слухи и домыслы. Там, в бледных песках, собралось единое гигантское безмолвное войско китайцев в телогрейках, и ждет сигнала. Здесь нечего уточнить или добавить. Классическое скопище китайцев.
Хотелось бы верить, что так и есть. И он верил. Но в то же время знал, что все не так. Ферри говорит, что не имеет значения, правда это или нет. Важно другое — восторг от боязни поверить. Это все подтверждает. Это все оправдывает. Любую жестокость или ложь, каждую измену жене. Дает ему схлопнуться, раствориться в благоговейном ужасе. Так говорит Ферри. Это объясняет его сны. Китайцы влияют на его сны. Все до единого кошмары или странности сна, все, чего не выразить словами, разрисовано под китайский фарфор.
С неба на белом шелке слетают люди. Ему нравилось думать о живой толпе, о том, как молчаливые мужчины складывают парашюты, прячутся в бледных песках. Ни ракет, ни спутников, никакой самоуверенной техники. В китайском досье говорилось о массе людей в телогрейках, собирающейся у границы. Этот страх нужно неторопливо смаковать.
Отворилась дверь, и зашел Ферри, прервав его размышления. Прислонился к стене, жуя картошку фри из коробки.
— Пришел доложиться. Не знаю, насколько тебе будет приятно это слышать.
— Где Освальд?
— Сейчас в Хьюстоне. Я попросил Фрэнка и Раймо отвезти его. Там он сядет на автобус до Мехико.
— Мэкки сказал, что может договориться с кубинцами, и они не впустят Освальда. У него связи с Управлением в Мехико. В кубинском посольстве обязательно есть кто-то из Управления. Мы рассчитываем, что Леон вернется в Техас. Известно, что у микроавтобуса, который стоял около его дома, был техасский номер. В этой машине уехали его жена и ребенок.
— Наверняка его винтовка уехала с ними.
— Он на нашей стороне? — спросил Банистер.
— Как раз это тебе будет неприятно слышать.
— Он отказался.
— Верно. Но время еще есть.
— Он знает, чего мы хотим?
— Знает.
— Ему это неинтересно?
— Нужно время. В нем идет борьба.
— Ты ведешь его, Дэйв.
— Мы говорили утром. Насколько я смог его разговорить. В нем ничего не изменилось.
— Ты же все время говоришь, будто забрался в его разум.
— Я и забрался. Сижу там. Будто в автомойке, блядь.
— Он стрелял в Уокера.
— В том-то и дело. Уокер — это политика. Но Леон не может настроиться против Кеннеди. Считает, что Кеннеди исправил ошибки прошлого. Он слегка поддался чарам президента.
Банистеру захотелось что-нибудь сломать.
— Леон из тех, кто в определенный момент выпускает из рук ситуацию, — сказал Ферри. — Просто этот момент еще не настал. Где Мэкки?
— В Майами. Строит два дома. Один для «Альфы», второй для его команды.
— Что, если Леон согласится?
— Если согласится, отправь его в Майами накануне вечером, — ответил Банистер.
— И что потом?
— Нужно все проработать.
— Когда все кончится, я хочу, чтобы он уехал отсюда, — сказал Ферри. — Не хочу, чтоб его бросили или убили. Пусть оставит винтовку и уматывает вместе со всеми.
— Есть такая вероятность.
Ферри бросил пустую картонку в сторону корзины.
— Ты доверяешь «Альфе-66»? — спросил он.
— Почему нет, черт возьми? Их лихорадит со времен залива Свиней. Два с половиной года с градусником в заднице. Они готовы. Никто в их готовности не сомневается.
— Ты доверяешь Мэкки?
— Полностью. Ему нужна шеренга стрелков. Человек восемь по обеим сторонам улицы. Не больше десяти. Стрелковый коридор.
— Я думал, Мэкки любит хитроумные операции.
— Любит. И делает. «Альфа» участвует, хотим мы того или нет. Лучше объединить силы. Большую часть работы он сделает. Как только кортеж оказывается на улице, Мэкки проводит разведку и расставляет позиции. Герой въезжает в город Опля. С первого же раза он вылетает из седла.
Они спустились по лестнице и остановились у входа снаружи.
— Мы запустим еще кое-что, — сказал Банистер. — Мы хотим чтобы остались следы деятельности Освальда, начиная с сегодняшнего дня и до конца операции. Несколько происшествий. Нужно сделать так, чтобы Освальда запомнили люди. Пусть займется сомнительным бизнесом.
— А если откажется?
— Мы создадим своего Освальда. Второго, третьего, четвертого. Этот план вступает в действие независимо от того, куда он поедет после Мехико. Освальд нужен Мэкки в Техасе. Ему нужно, чтобы «Альфа» дала людей. Я говорил с Кармине Латтой насчет финансирования этого дела.
— С Кармине разговариваю я.