Выбрать главу

Он замолк и прислушался к себе. Он занимал островок спокойствия посреди ритмичной музыки и аплодисментов. Он не вполне осознавал окружающее, да и самого себя, и говорил не столько с Конно, сколько с человеком, которому Конно обо всем доложит, с кем-то оттуда, из свободного миpa, с коллекционером небрежных реплик, со специалистом, живущим во тьме, как те мужчины с яркими губами и в париках из крученого шелка.

Он уточнил, что самолет выходит за пределы видимости радара. Набирает высоту на пять миль выше известного рекорда. Предположил, что самолет оснащен потрясающими камерами и предназначен для полетов над территорией противника.

Он почти не замечал, как говорит. Вот что интересно. Чем больше он говорил, тем сильнее чувствовал, что мягко разделяется надвое. Все это было так далеко, что он не придавал значения своим словам. Он ни разу не взглянул на собеседника. Сидел в полном спокойствии, пуская фразы по течению. Конно изучал его, прислушивался, нервный, давно не бритый, нюхал прокуренные пальцы — эта его привычка будто бы говорила, что ему все время не хватает чего-то, не хватает до смерти. Ли спокойно продолжал говорить. Десять тысяч лет счастья, или что там означает их «банзай».

Он дал понять, что вычислил скорость взлета «У-2». Он не назвал ее, но принялся излагать другие, менее важные подробности, проверяя знания Конно в технике, отчасти — читая лекцию, указывая на огрехи в системе безопасности базы.

Мужчина в белом смокинге поименно представил красавиц в купальниках. Искренние аплодисменты. Двое вышли в холодную ночь. Было темно и тихо, и Ли плотнее запахнул ветровку. Конно стоял на полусогнутых ногах и курил, съежившись на ветру, глядя на пустую неоновую улицу.

Что останется, если от «Ли» отнять «и»?

Что останется, если в «Хайдел» спрятать «эл»?

«Хайд» по-английски — «спрячь».

«Хайдел» значит «спрячь Л».

Не рассказывай.

Белые иероглифы. Латинские буквы, мигающие в темноте. Конно сказал, что они ждут знакомую официантку, Тэмми, и казалось, его это слегка удручало — вероятно, ему хотелось спать. Она вышла из боковой двери в полиэтиленовом дождевике, в шляпе и разношенных калошах, казалось, она предвкушает заслуженный отдых. Надеется, что салон патинко неподалеку еще открыт. Она собиралась играть в патинко.

Радарщик по фамилии Бушнелл карабкался по наружной лестнице к себе в казарму, когда услышал резкий звук, одиночный удар, будто линейкой щелкнули по парте. Хотя нет, пожалуй, не так. Больше похоже на тихий хлопок, вроде двухдюймовой шутихи. Впрочем, и на шутиху не похоже. Даже совсем не похоже. Наверное, просто хлопнули дверью.

Он вошел и увидел Оззи — тот сидел на солдатском сундучке, один во всем отсеке, с обычной улыбочкой на лице. В правой руке он держал крохотный пистолет, а по левой, над локтем, тонкой струйкой стекала кровь.

— Кажется, я себя ранил, — сказал он.

Сценка была безукоризненна. Бушнелл подумал, что реплика Оззи прозвучала, будто очаровательное историческое высказывание, прямо как в кино или сериале.

— Где ты взял пистолет? Вот о чем подумал бы дежурный офицер, который случайно тут оказался.

— Может, все-таки сделаешь что-нибудь?

— Чего, например, тебе хотелось бы?

— Например, санитара.

— А что там с тобой? Кровь течет? По-моему, похоже на порез от бритья.

— У меня в руке дырка.

— Оззи, ты что, уже бреешься? Я слышал, твоя мамочка бреется, а ты еще нет. И что будет, когда они увидят пистолет?

— Это несчастный случай.

— Чушь. Лучше бы стрелял из своего сорок пятого калибра.

— И отстрелил бы себе руку.

— Зато он стоит на вооружении, засранец. Что ты им скажешь? «Я нашел пистолет на тротуаре среди бела дня»?

— Но я его действительно нашел.

— Господи, Оззи, от тебя сдуреть можно. Ты сидишь здесь один. А если бы я не вошел? Так бы сидел и ждал? Чего я не люблю, так это плохих расчетов.

— Но я все-таки ранен.

— Охуеть.

— У меня кровь идет, Бушнелл.

— И поделом. Тебе, блядь, как раз бы побелеть и окочуриться. Со своими трюками. Это самый старый трюк в мире. Думаешь что, они придут и скажут: «Все нормально, ты ранен, Освальд, останешься здесь, а остальные пускай грузят свои задницы на корабль и выметаются в море»?