А вообще Ада чувствовала себя неуютно. Все парни без зазрения совести пялились на нее. Особенно Марк. Он сидел в углу зала, держал в руках бокал с соком, смотрел мрачным, немигающим взглядом на Аду и перекатывал во рту трубочку. Игорь стоял в другом конце зала и точно таким же взглядом тоже смотрел на нее.
– И чего они на меня так смотрят? – шепнула Ада Марии, отводя ее за локоть и указывая на парней.
– Кто из? – скрестила руки на груди Мария.
– Марк и Игорь!
– А я-то откуда знаю!
Ада стала наблюдать за вечеринкой. Кристина стояла в сторонке, притопывала ногой и сердито фыркала. Никита, Андрей и Мария работали официантами, раздавали напитки и еду всем желающим. Они громко что-то обсуждали и смеялись, отчего у Кристины уши то краснели, то бледнели. Пара ее подружек стояли рядом и старались делать вид, что им так же скучно неинтересно, но у них плохо получалось. Когда к ним подходили парни, пригласить на танец, они дергались, но взглянув на Кристину тут же сникали и отказывались. В итоге подружки либо ее достали, либо она решила побыть одна, но через секунду обе девушки уже веселились в центре вместе со всеми.
Ада переключилась на Эдуарда Мироновича. Хоть он и сказал, что «побудет полчасика», было видно, как он хочет уйти. Уже минут десять он стоял на одном месте с бокалом и не делал ничего – не двигался и не пил. Аде даже стало его жалко, лучше б уже ушел, чем так мучался. Впрочем, еще через пять минут, Эдуард Миронович поставил бокал на стол, долго смеялся с Никитой, Андреем и Марией, а потом незаметно ушел.
Ада вздохнула и решила что-нибудь выпить. Мария впихнула ей в руки бокал, в котором оказался совсем не сок. Когда только успели, Эдуард Миронович только-только ушел. Ада не стала пить, поставила бокал на стол и огляделась. Играла медленная, успокаивающая музыка и всем резко стало скучно – ребята разбрелись, как стадо овец, по разным концам зала, разбились на маленькие группки. Видимо без присутствия Эдуарда Мироновича диджей не решался ничего делать. Мария решила взять все в свои руки, подбежала к нему и стала что-то шептать на ухо. Диджей закачал головой и развел руками. Мария злилась: она топнула ногой, достала телефон и стала кому-то звонить. Видимо дождавшись ответа, Мария протянула телефон диджею. Звонок подействовал – диджей показал большой палец и задвигал рычагами и кнопками на пульте. Эдуард Миронович явно не предупредил о своем отъезде. Медленная музыка сменилась на веселую, и все тут же начали танцевать. Диджей наконец начал делать свою работу: подбадривал ребят и призывал двигаться. Композиции сменялись одна за другой, но неожиданно заиграл медленный, но энергичный вальс.
– Объявляю белый танец! – крикнула Кристина и бочком направилась к… Игорю.
Все парни тут же повернули в сторону Ады, но Марк…
– Танцуешь? – спросил он и, криво ухмыльнувшись, подхватил ее за талию и повел по залу.
– Пусти меня! – прошипела Ада. Марк был явно пьян. И когда успел?
– А разве я тебе не нравлюсь? – улыбнулся Марк
– Да ни за что! – не удержавшись, подколола его Ада. – И где только танцевать научился? Я слышала страусы очень неуклюжи!
– В восемь лет, – перестал улыбаться Марк, – в балетной школе. – Он резко потянул Аду за руку, она выгнулась и громко зашипела!
– А ну-ка прекрати! Немедленно или я тебя покусаю!
– Отпало желание подкалывать? – ухмыльнулся Марк.
– Что тебе от меня надо? – проговорила Ада. Она встретилась с Марком глазами, и снова по телу Ады пробежали мурашки.
– Ты реально хочешь это узнать? – Марк закружил Аду все быстрее и быстрее, в такт музыке, уводя в дальний, темный угол зала.
– Что ты делаешь? – почти неслышно выдохнула Ада.
Марк прижал ее к стене. Ада, почему-то не смогла вырваться или не хотела…. Глаза Марка были близко-близко, вздохнешь – и утонешь в них без остатка, а горячее дыхание обдавало ее лицо так, что щеки начали гореть адским огнем. В следующий момент мягкие теплые губы Марка соприкоснулись с губами Ады. Словно электрический разряд в тысячу вольт прошел по ее телу, когда Марк резко отстранился, мерзко ухмыльнулся и неожиданно посмотрел наверх. Он приблизился еще сильнее к оцепеневшей Аде и прошептал, обдавая ее щеку горячим дыханием:
– Омела. Я был не в праве ей противодействовать.
– Ты что творишь! – Ада уперлась руками в грудь Марка и оттолкнула его от себя.