Алан захныкал в подушку. И Степан услышал, ощутил, заулыбался. Он вошел полностью, насколько позволяла поза. И лег сверху на парня.
- Хорошая девочка, послушная. Попке надо дать привыкнуть. - Он лизнул его в шею. - Сейчас я тебя потрахаю, а ты потерпишь. Потом дам тебе кончить. Но сначала ты хорошо отработаешь задком. Договорились?
Алану только оставалось кивнуть. Степан стал наглаживать его бока, покусывать в шею. Его зад иногда двигался и парень болезненно постанывал. Все же позавчера его хорошо растянуло той игрушкой, раз он не ощущал такую острую боль. Да и испуг был куда сильнее. А может он ничего тогда и не понял и был слишком ошеломлен и напуган?
- Сладенький, я начинаю. Можешь скулить и плакать, это будет хорошо. - Он сделал волнообразные движения задом. - Сучки всегда плачут отдавая попки.
И Степан сел, чем вырвал первый и далеко не последний судорожный выдох через стиснутые зубы. Он шлепнул его по заднице и стал двигаться. Мощно, рвано и нисколько не щадя партнера. Алан постанывал в простынь от боли. Его просто распирали изнутри и делали это жестко, болезненно. Дерзкие толчки нарастали, сотрясали тело. И вот член исчез и только лишь для того, что бы его повернули на бок, ногу подняли и вновь ворвались.
Парень застонал от толчков, от унижения через которое проходил. Его нога была закинута на плечо сильного извращенца. И этот извращенец улыбался ему, дышал шумно и жадно хватал его за бедро. Затем он остановился и повернул его на спину не выходя из задницы. От этого движения Алан вскрикнул и невольно слезы хлынули сплошным потоком. Его тут же сложили пополам, ноги забросили на плечи. Через секунду Степан впился в дрожавшие губы парня.
- Ну что такое, сладенький? Ну потерпи, вскоре ты научишься меня принимать и будешь стонать от кайфа. Попку нужно учить трахаться. Ты ведь должен это понимать. - Ласковым голосом, до отвращения и тошноты, шептал Степан, а его задница дергалась вверх и вниз, двигая по растянутому проходу толстый член...
Потом Алан лежал и пытался понять, как такое возможно? Вот он всем своим существом ненавидит Степана и вот тут же почти сразу извивается в его руках и блядливо просит еще и еще. И руки Степана дают ему охрененный оргазм. А потом он проваливается во мрак и просыпается под ним. Не просто под ним, а трахаемый им. Член скользил по смазанной прямой кишке и Степан стонал в голос. Он положил парня на бок и обрабатывал его уже довольно долго. И вот его тело затряслось и он стал судорожно биться в его теле, вырывая хриплые болезненные стоны. А потом перехватил его член и что-то там надавил. Алан забился под ним, ощущая, как его тело враз позабыло обо всей той боли, что еще ему доставляли. Член выстрелил сперму в тот же момент, как Степан затих полностью.
- Ну что, сладкий, согласен давать мне без сопротивления? Перестанешь упрямиться? - спросил Степан укладываясь рядом. - Я ведь могу заставить тебя плавиться от кайфа сразу, как вставлю, а могу просто потрахать и не озаботиться, кончил ли ты или нет.
Алан молча лежал и переваривал полученную информацию. Степан его не торопил, отдыхал развалившись. Минут десять прошло и наглые руки потянулись к животу парня.
- Котя, сопротивляться будешь? Или по первому требованию позу примешь и ножки раздвинешь? Давай, отвечай сладкий, пока я не полез на тебя опять. Мне мало. Первый вариант или второй?
- Второй. - Еле слышно выдавил из себя Алан.
- Хорошая сучка. Ножки в коленочках согни и разведи по шире, будем играться дальше...
Две недели пролетели незаметно. Алан выполнял все, что хотел Степан. И подчинялся ему не сопротивляясь, стараясь не замирать. Один день его трахали во всех позах и мотыляя по всему номеру. На второй день задницу мазали мазью, а рот был занят отсосом. В итоге Алан потерял счет дням и ночам. Ведь Степан мог весь день где-то бродить, а ближе к ночи завалиться и тут же загнуть его раком. Либо наоборот, только и делал, что гонял его заставляя "отрабатывать" несостоявшуюся кражу. Кстати эту позу, когда парень стоит на четвереньках, он просто обожал. А Алан терпеть не мог. Как впрочем и на спине. Лежа на боку было куда менее болезненным для самолюбия и гордости, от которой оставались лишь крошки. Особенно они уменьшались, когда он вымаливал у Степана трахнуть его. В эти дни ему пихали в задницу игрушку, а на член одевали ограничитель. И тогда ему приходилось ползать за Степаном.
И вот пришел тот день, о котором Алан старался не думать вообще, так как не верил, что его отпустят. Степан в этот день задержался до середины ночи. Потом пришел и растормошил парня, залез сверху и хорошо оттрахал. А когда отдыхали, огорошил.
- Сладкий, я завтра улетаю домой. Так что наш маленький секс-марафон подошел к концу. Правда завтра отсосешь мне, как полагается и тронемся в путь. Ты к бабульке, я к своим котяткам.
Алан тупо смотрел в потолок. Он не верил своим ушам.
- Правда, ты не сильно-то радуйся. - Степан лег на него сверху. - Ты мне понравился. Так что я как буду сюда прилетать, буду к твоей попке наведываться в гости. Так что имей в виду, сладенький, мы не расстанемся насовсем. А может и котиков привезу, потрахаетесь вместе, а я посмотрю. Мои котятки изобретательные, но ласковые. - Он поглаживал его соски. - И, котя, сбежать не получится. Я твою сладкую попку даже из канализации достану, отмою и оттрахаю. Ну и руки на себя не накладывай. Все же молоденький, жалко будет потерять такую самочку. - Он лизнул его в шею и присосался, ставя большой засос.
Алан так и замер под ним. Вот кто бы сомневался, что твои котятки такие же извращенцы, подумал он, когда его ноги раздвинули и без препятствия проникли. Через пару толчков Алан подмахивал задницей и постанывал.
Когда рассвело, Степан поднялся, растормошил парня и погнал его в душевую. Сам сделал несколько звонков. Заулыбался. Все, тут ему делать нечего. Теперь сеть информаторов будет трудиться не покладая рук. К тому моменту, когда Алан вышел из душа, Степан уже поел и пригласил парня подойти поближе.
- Ну, котик, принимай позу и за дело.
Он сидел на стуле расставив ноги. Сидел в халате. Алан подошел вплотную, опустился на колени и распахнув полы халата приступил к незатейливому делу. Вскоре Степан расслабленно подавал задом, а Алан двигал в такт головой. Еще через некоторое время горячая тягучая сперма выстрелила ему в рот. Пришлось глотать, благо он еще не ел и тошнило не так сильно.
- Умничка, еще немного практики и станешь королевой минета. - Степан заулыбался на покрасневшие щеки. - Иди оденься, сладкий, мы выдвигаемся.
Степан встал на расслабленные ноги и осмотрел парня. Потом подумал и решил, что будет весело. Он быстро подошел и прижал парня к кровати. Через пару минут Алан стонал в голос от толчков. А Степан ласкал его яйца рукой, кусал в шею, метил территорию. Толчки были жадными и парень охал все сильнее, подмахивал задницей, ждал когда это закончится. Его схватили за волосы и заставили прогнуться. И он прогнулся в спине, упираясь руками в кровать. Его ноги были на полу. Задницу немилосердно таранил горячий кол. Яйца мяли, дергали за член. Его всего трясло от возбуждения. И вскоре он стал рывками дергать бедрами, стремясь как бы сорваться с поршня на котором сидел. Еще немного и он застонал громко и сжимаясь внутри сильно. Степан кончил в него и парень замер ощущая, как в его заднице растекается сперма.
- Ну сладки, иди мой попку, я тебя пометил теперь везде. - Степан прилег на него и шепнул в ухо. - Если захочешь трахаться, ты только свистни и я тебя живенько натяну. Другим мудакам попку не подставляй. Девок трахай, они тут у вас безотказные. А попка принадлежит мне. И будь уверен, я узнаю, если ты подставишь ее под чужой хуй. Понял, сладенький?