Подняв драгоценную находку, следопыт в нерешительности и сам потоптался на плодовитом месте, но ничего не снёс. Затем он отважился шагнуть в самою пещеру, где уже не было никакого чудовища: в небольшом замкнутом пространстве оно как сквозь землю провалилось. Молодой человек порыскал сканирующим взглядом вокруг собственной персоны и не обнаружил ни ступеней, ни лаза, ни хоть какой-то приноровленной щёлочки, куда бы могло невзначай скрыться грузное чешуйчатое создание. Но самым странным в созерцаемой картине предстало то, что теперь уже на сухом грунте, по которому только что ступала эта двуногая огромадина, не оказалось ни единого следа от её завидных когтистых ступней и подобия углубленной борозды от проползшего хвоста, хотя отпечатки ног самого Константина Нестеровича наличествовали в большом количестве. Означало ли это, что ему всё пригрезилось, или животное ничего не весило, или не было необходимости создавать новые месторождения для очередного золотосного прииска, – следопыту оставалось только догадываться.
От волнения рука молодого человека полезла в карман брюк. Некоторое время назад ему казалось, что он поступает очень беспечно, пряча туда бутылку с остатками водки, – это выглядело как-то неинтеллигентно, – но в тот же миг, нащупав стеклянную тару, он почувствовал огромный прилив восторга и удовлетворения.
Константин Нестерович не мог объяснить, как на самом деле ему помогает выпитая водка, и помогает ли она вообще в подобных случаях, но произошло какое-то внутреннее облегчение, – возлияние многоградусного продукта придало новый импульс всем его действиям, и мечтательное воображение снова заработало не так уж урывисто, с деловым подъёмом, хотя несколько и вяло.
В той части пещеры, где следопыт не обнаружил ни чудовища, ни его объёмных следов, внимание молодого человека привлекли странные однокалиберные кружочки под ногами. По своим очертаниям и оптимальным размерам они здорово походили на целиковые монеты, но здесь было не вдосыть света, чтобы с авторитетно их идентифицировать. Константин Нестерович спокойно поднял несколько кружочков и также сунул их в свой безразмерный карман брюк, намечая позже рассмотреть очередных найдёнышей при хорошем освещении.
Поблудив ещё немного в необитаемом тёмном углу пещеры и не найдя ничего другого, молодой человек повернул к выходу, – только где был этот спасительный выход, он и не подозревал. К лучшему ничего не менялось. Всё то же замкнутое пространство, всё те же два отверстия над головой. Лишь теперь блудящий, проникаясь полной безысходностью, стал отчётливо понимать, что сверхъестественное выбрасывание в окружающую среду и, собственно, его путь к спасению открывался лишь при самоличном появлении в подводной пещере этого странного чудовища, а оно совсем недавно уже прибывало из внешнего мира и, следовательно, встреча наверху могла состояться через весьма пространный срок.
Но только столь понурые издержки ума попробовали навалиться на промешкавшего Константина Нестеровича, как в очередной раз он увидел уже знакомую картину: в одно из отверстий над головой вода стала быстро вливаться в пещеру, а в другом тут же исчезать. Не видя веских причин снова прятаться среди больших отшлифованных валунов, – тем более что кто бы ни появился на этот раз, искать на убийственной глубине вечного покоя (хотя нутро и распирало из ряда вон выходящее любопытство) было всё же преждевременно, – молодой человек добровольно подчинился выбрасывающей силе, и она во все лопатки понесла его бренное тело наружу.
Нелепая смесь каких-то разноцветных воздушных шаров, аквариумных рыбок, мотающихся из стороны в сторону распущенных хвостов галопирующих лошадей и неисчерпаемое обилие фонтанирующей из огромной каменной чаши воды поглотила сознание утопающего. Очнулся он, или проще сказать, расчухано отнесся к окружающему миру, уже лёжа на чём-то деревянном и весьма давящем затылок. Слегка покачивало. Горе-пьяница с трудом сфокусировал все свои зрительные микропроцессы и произвёл самостоятельные двигательные манипуляции по перемещению непослушного тела, а вместе с ним и отяжелевшей головушки, в вертикальное положение.