- Ты общался с Никитой? – спросил Палыч. Никита Страхов был коммерческим директором конкурирующей компании.- Что они думают по этому поводу?
- После последнего рейда ФАСа они не хотят общаться.
Иван Павлович почесал подбородок.
- Может, завалим ФФСНС всем миром, да и дело с концом?- предложил он.
Я с сомнением покачал головой:
- Думали уже – через ОБЭП. В Фонде скандал будет, сменится вывеска, сменятся люди, а система-то останется – кто её за неделю поменяет? Да и… передел рынка… клиентам от этого легче не станет: спасибо они нам не скажут, это уж точно. Государство тоже своё имеет – мы включаем откат в цену: с учетом затрат на обналичку искусственное завышение составляет почти 10% на весь оборот, а это уже другой НДС, сам понимаешь.
- Тебя послушать, так всем это выгодно.
- Так если б не выгодно – оно и не работало бы, - усмехнулся я.
- Может, внесём в ГД предложение узаконить откаты – пусть чиновники платят НДФЛ, мы в счетах-фактурах будем прописывать в самом низу: «откат 10%», а? Легализуем, как проституток в Голландии.
- Это не этично и не гуманно по отношению к прочим гражданам, не задействованных в процессе.
- А проституткам в Голландии, думаешь, легко? Циник ты, Серёга!
- Палыч, давай подписывай для главбушки служебку.
- Точно циник. Нет денег. Иди план выполняй.
- Да как же я его буду выполнять, если ты на корню всё рубишь?
- Сергей Константинович, на откатах и я продавать могу – а ты вон своих менеджеров научи, как людям в душу без откатов залазить!
- Здрасьтежопановыйгод! Мы их полгода только учили, как откаты правильно давать – это ж рынок корпоративных продаж, а не косметика и не прокладки с крылышками, Палыч, ты что! Ерохина до сих пор язык проглатывает, когда речь об агентском вознаграждении заходит.
- В смысле? Взятку дать не может?
- Представь себе – не может.
- Ну так… понабрал интеллигентов на спецодежду… А мы, вообще, как контролируем результат? Может, менеджеры откаты в карман себе кладут, а тебе уши лечат.
- А как тут контролировать – только по динамике роста продаж.
- Неправильно всё это, Сергей Константинович. Ты сам кого лично ведёшь?
- Судостроительный и аккумуляторный.
- А судостроительный что в этом году? Не вижу их в списке.
- Там сменился охранник по труду, ещё не обучен ремеслу. Из-за них потеряли 15% плана – обычно на пятёрку за год по этой группе выбирали железно.
- Вот видишь: никто с персоналом в этой стране работать не может! Кадры – это всё.
- Ага, верно. Вон про Гаврилина даже газеты пишут – ценнейший кадр, кандидат наук.
- Не читал. А каких наук?
- Юридических, каких же ещё.
- Это его теория про десять лет с конфискацией? Может, загибает?
- Не знаю, не сверял с действующим УК. Да и принципиально это разве?
Палыч размеренно походил по кабинету и, тяжело опустившись в кожаное кресло с высокой спинкой, вздохнул:
- Не-ет, это не принципиально.
Потом подумал и сказал:
- Нужно торговаться с ними. Давай тактику изменим: за дачу отката тоже десятка с конфискацией?
- Думаю, меньше.
- Не важно. Экономика и юриспруденция – вещи гибкие, смотря от чего отталкиваться. Посчитай, во сколько отсидка обойдётся дающему. Выйди на примерно такие же показатели, что и у них. Предложим провести взаимозачёт. А ещё лучше – подгони цифры так, чтоб это они нам ещё остались должны.
- Это серьёзно? – усомнился я.
- Надо ж с чего-то начинать. Или ты за рэкет на государственном уровне? Таких кандидатов разных наук в каждом городе, знаешь… Оборзели до предела, правильно ты говоришь. В общем, пятьдесят тысяч налом мы сможем выудить незаметно из оборота. Даже сто сможем. Но 375 – нет. У нас бухгалтер не кандидат. А нанимать кандидата бухгалтерских наук – это проще платить тем же фондам те же откаты, даже дешевле обойдётся, если сюда ещё ЕСН на зарплату главбуха прикинуть. Параллельно закажи в прессе легкий PR по теме чиновничьего произвола – пусть немного понервничают, а нам хоть какое-то удовольствие за свои деньги. С Никитой всё равно встреться – хоть домой к нему иди, но нужно скоординировать эти вещи: ФАС сейчас больше играет на руку нашим друзьям из фондов, да и не в ФАСе делают погоду – так, возня мышиная для виду, под заказ.
Я не был уверен, что это выход из положения. Рэкет 90-х плавно перешёл от бандитского к чиновничьему, а с государством бороться – себе дороже.
- Служебку подпишешь?- спросил я.
Иван Павлович написал размашисто поверх моего запроса на выделение «откатных» денег: «БУХ: выдать семьдесят пять тысяч, в п/о. Списание по ст. Х бюджета».
- Извини, больше не могу, - развёл он руками и добавил: - В последний раз! Или делаем продажи по Марксу, или переквалифицируемся в управдомы.
Я взял подписанную служебную записку и вышел из кабинета Генерального директора, реально прочувствовав, что, вопреки астрологическому циклу, в стране начиналась эпоха Девы.
Только Святая Богородица к этому не имела никакого отношения.
НАШЕ ДЕЛО
Конец марта выдался в этом году снежный. Солнце не успевало до конца растопить лежавший на газонах снег, как выпадал новый. Затем опять казалось: ну всё, весна – наконец-то! – можно и машину помыть, да вычистить её изнутри; но в пятницу снова метель, и снова сугробы, и уже конца и краю этому было не видно – небо будто измывалось над восточной Сибирью, компенсируя свою инертность на протяжении всей прошедшей зимы. Ирине стоило большого труда заставить себя периодически упрашивать охранников на стоянке возле своего дома пройтись лопатами вокруг её «Глории», чтобы расчистить доступ к водительской двери. Эта услуга стоила ровно в два раза дороже, чем собственно ночная стоянка, а они ещё порой выкобенивались; но приходилось мириться и ждать, когда же на этом пятачке земного шара появятся закрытые парковки. Одно радовало – за свои деньги ей не приходилось мило улыбаться и беспомощно моргать длинными ресницами: парни молча и сосредоточенно отрабатывали вознаграждение, поглядывая время от времени и как бы ненароком на её сапоги, плотно облегающие стройные икры, безупречные формы которым придавали отчасти высокие шпильки. Иногда даже, забавы ради, она вроде как случайно могла распахнуть короткое пальто, чтобы видно было её ещё более короткую юбку, и длинные ноги, непринужденно расставленные для большей устойчивости на белоснежном и липком мартовском снегу.
Ирина встала из-за широкого директорского стола и подошла к окну, раздвинув бежевые жалюзи. За окном сияло солнце, на тротуарах, вымощенных фигурной плиткой, стояли лужи, и было заметно раздражение прохожих, то и дело обходящих испаряющиеся бурые пятна. Она в задумчивости постучала длинным ухоженным ногтем по пластику подоконника и снова вернулась к столу, где её ожидала кипа счетов для утверждения к оплате: за коммуналку, за Интернет, за междугородние переговоры, за аренду – мама дорогая, она и не представляла себе, что придется заниматься всей этой белибердой с утра до вечера, отслеживая при этом доходность фирмы и соразмеряя поступающие средства с необходимостью гашения кредиторской задолженности. Со стороны это казалось всё так естественно и просто: поступают деньги, ты платишь своим людям зарплату, а остальное как бы и есть прибыль – только успевай распределять. На деле выходило совсем не всё так гладко: периодически увольняются сотрудники, приходят пожарные инспектора, теряются важные документы где-то в почте, таскаются проверяющие из торговых комитетов, напрягают партнеры; и всем нужны результаты и деньги, деньги и результаты, и как заставить всё это, называемое бизнесом, вертеться динамично и без сбоев?