У последнего рубежа, где еще не попалась на глаза, я тоже замерла, лихорадочно думая и все обшаривая взглядом. Ничего! Рядом только площадка с ржавой каруселькой конусом и две железные сушилки буквой «т», — одна на боку с вывернутым из асфальта основанием. Не успев и додумать, что буду делать, я схватила один кусок плотного крошева, вполне похожего на камень, и замахнулась. Секунда колебания, — в тень не попаду, швырнула в окно над козырьком подъезда.
Звон!
Все — в ушах у меня чуть зашумело, волоски на руках встали дыбом и к затылку подобралась прохлада ощущения настоящей опасности и готовности действовать. Человек был не один — двое. Звук от движения слева — и я интуитивно отпрянула назад, в сторону, перепрыгнула темное препятствие в траве, не успев распознать — что это. И не важно. Вокруг меня образовалось суженое пространство, утопающее в полумраке и полное больше звуков, чем видимых фрагментов. Спасение было в одном — скорости и ловкости. Без оружия в руках, без физической силы, я проиграю, едва позволю себя схватить.
Оказавшись за каруселькой, сделав ее своим убежищем ненадолго, успела охватить сразу все — двух людей, загоревшийся свет в окне первого этажа, два прямых выхода с площадки и третий — через проплешину в кустах. Бежать!
Было бы умнее, рвани я прочь как можно дальше, уведя преследователей от Гранида и скрывшись самой? А если догонят… они тяжелее, но это не значит, что я бегаю быстрее них.
— Да не тронет тебя никто…
Оба даже притормозили, попытавшись сыграть в миролюбие, но проверять — времени не было. Дистанция — мой козырь. И я побежала.
Столько лет видеть этот двор, — и зимой, и в весну, и в осень, когда ветки голые, а грязь засыпана листьями, и не выучить его волей не волей? Даже в полутьме я петляла без запинок, со вспышками в мозгу — что тут наполовину врыт в землю бетонный корпус мусорки, а здесь — давно снят бордюр. У третьего подъезда начинается стена шиповника без проходов, а под окнами — крашеные шины бывших клумб, зигзагом. Если отбежать к дороге — я могу протиснутся в прореху прутьев забора, часть которого осталась от старой платной парковки. Он короткий, но для обхода и пяти метров нужно время, которое сейчас на вес золота для меня.
И силы… и дыхалка… — все на вес золота.
Я сделала почти круг — длинный, петляющий овал, возвращаясь к подъезду Эльсы, решая — забежать ли и спрятаться, вломившись к пожилым соседям в квартиру? Шансы на успех есть? Как заметила — один, разгадав цель, побежал по прямой траектории — не за мной, а туда, куда я только хотела добраться. И застрял… уже боковым зрением углядела, как человека стало два — на фоне нового зажженного окна — и один другого остановил. Гранид вклинился в мои лисьи бега!
Еще десять секунд на отрыв, обрадовавшись, что на мне теперь одна проблема, а не две, которым легче было пойти на перерез. Но силы кончались. Гимнастика позволяла мне хорошо держать равновесие и координироваться в пространстве, а плавание подарило выносливость. Только на таком темпе и адреналине тренировок не было никогда — минуты три-четыре прошло со старта, или еще меньше, как я почувствовала — слабею.
Убивать не будут. Ждать удара в висок или лезвия между лопаток не стоило, но волосы, будь они прокляты, подвели. Догонявший был слишком близко и успел схватить за пряди, прежде чем я успела спрятаться и увернуться за толстым стволом спиленного тополя. Внезапно стало очень близко все — хрип, жар, потная футболка, дыхание возле щеки и захват за шею.
Я вскрикнула, задергалась, и оглохла! Мужчина прямо в ухо заорал тоже, тоже задергался, и отпустил… Хрипел уже не он, — гортанно рычал Нюф, вцепившись ему в руку, мотая башкой и оттягивая добычу всем своим весом вниз, на себя. Пятился, упираясь четырьмя лапами. Огромный, массивный зверь! Нюф успел получить один удар кулаком в морду, прежде чем я помогла ему, пнув под колени нападавшего, а потом и в бок пяткой. Пес отпустил руку, и, сделав прыжок, уже сзади вцепился в правую икру мужчины. Он рычал и рвал зубами так, что даже мне сделалось жутко.
Мужчина упал, перевернулся на спину и попытался пнуть собаку ногой, но челюсти разжались и Нюф отстал от него добровольно. Встал между мной и поверженным противником, продолжая скалиться. Появился Гранид, — затормозил на бегу, протянул руку, чтобы выцепить меня из чего бы то ни было, но уже через секунду все понял.