— И полиция ничего не нашла. А они обыскивали весь квартал.
— Я знаю, — мрачно согласился Гранид, — следователь даже говорил, что с собаками по моему следу шли, но те сбились быстро на одном месте. Словно я из воздуха возник.
— Тогда чего здесь надеешься найти ты?
— Что-то для памяти. Как отрезало про все. Одни смутные ощущения, как будто знаю дорогу куда-то…
— Тебе когда следующее лекарство принимать?
— Только вечером, нянечка… А что?
— Предлагаю, раз уж тут, зайти к моей тете.
— Дай еще полчаса.
Он заметно устал и замерз. Ему нужно было теплее одеваться, чем человеку здоровому и полному сил, но опять же я промолчала и не полезла с советами. А то опять обзовет «нянечкой», а это оказалось неприятно. Гранид носил одежду, что купил соцработник. Куртка ему велика, свитер с широким воротом не особо грел, но ничего нового взамен Гранид себе не купил, хотя деньги на счету были.
Пока мы возвращались до метро и ехали в другую часть трущоб, он заметно сдерживал дрожь. У него движение желваков выдавало напряженно сцепленную челюсть. Руки плотно сложил на груди, спрятав пальцы под локтями, горбился. А когда дошли до квартиры, был уже совсем бледен.
— Я пришла! И я не одна. — Выкрикнула я с порога во все легкие, надеясь перекричать телевизор.
Он работал так громко, что я даже встревожилась из-за непривычного. Заглянула в зал не разуваясь и увидела тетю, увлеченно смотрящую канал магазина на диване.
— Проходи пока на кухню.
Первым делом я налила горячего и крепкого чая Граниду, добавив туда травяного отвара. Я его всегда оставляла для тети в одном-двух термосах, смотря на сколько дней оставляла ее одну. Он выпил, и даже ничего язвительного не сказал в ответ.
— Пообедаем здесь, не против?
— Хорошо.
Так хотелось сказать что-то вроде «послушный мальчик», что я не сдержала улыбки.
— Активируй ее!
От неожиданности я едва не подпрыгнула — тетя Эльса стояла в дверях кухни и протягивала мне карточку лотерейного билета.
— Я выиграла. Я хочу, чтобы ты сейчас же активировала ее!
— Ладно.
Тетин персоник был ограничен по своему функционалу, но перечислить деньги туда можно.
— И сколько выиграла? — спросил Гранид, заметно пришедший в себя после питья. — Секрет?
— Тетя Эльса, познакомься, это Гранид Горн. Гранид, это моя тетя по отцу, моя тезка.
— Скорее! — Старуха как и не видела постороннего на своей кухне и не обращала внимание на то, что мы оба что-то сказали. Она трясла карточкой и смотрела только на нее.
— Сейчас.
Процедура была не сложной, но требовалась определенная последовательность. Просто сканом выигрыш не активировать. Я вышла с персоника тети на сайт лотереи, ввела номер билета, тиража, проставила несколько галочек по правилам соглашения и подтверждения, просканировала штрих код билета, и лишь после этого пришло оповещение, поздравившее участника с выигрышем.
— Так сколько там?
Я глянула на цифру и назвала сумму. Для меня она равна примерно трем месяцам среднего заработка, а вот для старухи, уверена, теперь было целым состоянием. Она развернулась и пошла обратно в зал.
— Тебе подать обед, тетя?
Та отмахнулась.
— А могла бы и себе забрать. Ты ведь и так ее содержишь, хоть бы часть трат погасила. Опекаешь же? Я уже слышал о здешних трущобных.
— Это подарок на новый год. Она очень любила лотереи, но везло редко и не так крупно. Пусть тратит.
— На чушь ведь потратит.
— Это ее деньги.
— Бескорыстная. Сколько лет ты к этой старухе ездишь? А теперь и меня себе на шею посадила. Или ты так хочешь быть «примерной девочкой», что отказывать не умеешь? Тебе жалко всех? Точно допрыгаешься так, уродов много, и они таких вот как ты сразу видят. Я же вижу. Поля ромашек, ходи да срывай, и выбрасывай. И что самое гадкое, не силой возьмут, а сама отдашь. Вот как все свои деньги на меня. Или саму себя — от постели до бытового обслуживания кому-то раньше или кому-то в будущем. Добрая Ромашка…
Да что его так сегодня прорвало? Я новый всплеск желчи слушать не хотела, поэтому переключилась, хоть и с трудом, на мысли о том, под каким предлогом выпросить у Виктора прогулку по еще каким-нибудь Дворам. Так сильно хотелось сбежать из Сиверска — что жилого, что нежилого, так сильно хотелось не думать ни о родителях, ни об этом Граниде и следователе, ни о прочих. Оставить обязательства на день другой и уйти в маленькое путешествие за арку…