— О чем ты хочешь поговорить?
— О многом!
— Я не знаю, как выйти на Илью, сама его разыскиваю с нового года, но он пропал.
— Совсем?
— Нарочно… Блин, я не собиралась светиться, но это же ты меня сдала полицейскому, верно? С чего вдруг он решил, что я связана с наркошей? Почему мне пришла повестка по его делу? Никто не знал…
— Твоя куртка.
— Не делай людям добра, не огребешь неприятностей. На доходяге едва штаны держались, все, что было из одежды. Еще бы триста раз подумала, если бы знала, чем все кончится…
— А почему не пришла в полицию? Ты же ни в чем не виновата, ты освободила его.
— Почему? По кочану. — Ответила та и плеснула в кружки сначала заварки, потом кипятка. — Это слишком долго рассказывать, и моя история тебя не касается. Я уже скинула и персоник и чип, я на сто процентов к обочникам примкнулась. К трущобным, в смысле, — добавила она, думая, что я не понимаю термина. — Меня удивило совпадение фамилии — Илья Черкес, и следователь — Андерес Черкес, но… этого слишком мало, чтобы доверять и приходить. И наркоша мне безразличен. Все, что могла, сделала — отправила письмо на адрес отделения и имя следователя, чтобы предупредить…
— Тогда расскажи про Гранида.
Карина села у окна на табуретку, подобрав обе ноги, став похожа на маленькую нахохлившуюся птицу на ветке.
— Чай нормальный, можешь пить. Только сахара нет, и ничего в прикуску.
— Не страшно.
— Я его случайно нашла. Добиралась по Мостам до адреса, где ночевать собиралась, а маршрут дал сбой и вывел из подвала на Лесной не куда нужно, а в какую-то многоэтажку. Как поняла куда попала, думала, все, хана мне. Ясно?
— Ты попала в Колодцы?
— В курсе названий? Это совсем дно, для мразей и подонков. Там не просто людей держат… Там всякие извращенцы с континента развлекаться могут, в зоне, закрытой для полицейских сканов. Хочешь — мальчики и девочки, хочешь — наркота, а хочешь — и убить можно своими руками человека. Для удовольствия.
Голос Карины осип и глаза были злые.
— Даже такое? Андрей мне про таких жертв не рассказывал. В Сиверске?
— Даже такое. Восточные кварталы, у промзоны — там ведь не только выкаченных клиентов колодезные выбрасывают. А еще и девушек, с которыми наигрались, а потом память стерли. Или изувеченных парней, стариков. Уроды могут все из-за безнаказанности. Их пространства открываются им, наши — нам.
— Нужно вычислить их, и сдать все адреса полиции!
— Не ори, самая умная. Ну, будешь ты адрес знать, взломают туда дверь — пустую квартиру и найдут. Не потому что сбежали, а потому что слой реальности другой. Ты меня, странная, слышала? Колодцы открываются только подонкам!
— Это нельзя так оставлять.
— Ну-ну, решай проблему, не вопрос. Примыкай к нашей армии обочников. Мы находим выброшенных и вызываем скорые. Бедолаги же мало что под «незабудкой», так еще и «зеробоем» заморожены, чтобы коптеры раньше времени не словили сигнал о их физическом состоянии. У тебя персоник есть, ты и будешь вызывать.
Не ответив на ее предложение, я отпила чай, собираясь с мыслями.
— Хоть кивни. Посвященная, нет? Про «гербарий» в курсе?
— Да. А что дальше было, когда в Колодцы попала?
— Заметалась как крыса в западне, назад рванула — а хода уже нет. Оставалось натурально выбираться — вниз. Шла по стенке, в самой глубокой тени. Голоса слышала, но далеко. Прошла мимо квартиры без дверей — и наркошу увидела. Сначала решила, что это из добровольных клиентов, и он в отключке — можно спокойно мимо идти, но потом заметила — ремнями привязан. Да и доходяга такой, как труп. Дышит, но жизни на день-два осталось. Не смогла уйти просто так…
— А я сначала думала, что ты и Илья с ними заодно…
— С ними — это если совсем нелюди, поняла? Он давно обочник… трущобник, а я недавно перебралась.
— Зачем? — Я посмотрела на ее пустую руку. — Что не так с той жизнью?
— Тебе не понять, ты из благополучных, послушных и правильных. Тебе норм, а мне тюрьма. Сытый голодного, как в пословице говорят… Вообщем, расстегнула, растолкала, привела в сознание, потому что не дотащила бы, на своих шел. Дотелепали до лестницы. А там шарахнулась на балкон, — шаги услышала, нас мужик в синем балахоне заметил. Свезло, как вторую жизнь подарили, — вывалились не на балкон, а на крыльцо пятиэтажки, наши Мосты сработали!
— А почему сама не вызвала помощь потом, а ушла? У тебя же тогда еще был персоник?