— Эллистон — это хорошо, — задумчиво сказала она. — Мы как раз тоже направляемся туда. К мормэру провинции появились некоторые… вопросы.
Мастер кивнул. Он путешествовал в здешних краях не первый раз, и на его глазах в провинции Эллистон дела год от году шли всё хуже. Неудивительно, что, хотя наместник наверняка и старался всё скрывать, в Турнейге про безобразие услышали. И послали разобраться. Странно только почему девушку? Даже если тот парень не просто дворянин, а какой-нибудь граф, близкий к кому-то из лордов.
Лейтис тем временем продолжила:
— У нас есть подозрения, что за нами могут следить. И постараются подсунуть нам фальшивую картинку. Поэтому мы попросим вашей помощи. К вашей труппе присоединятся один-два наших человека, а в столице провинции они нас найдут и доложат, что видели.
Мастер Дермид в задумчивости закусил щёку и уставился в огонь. Остальные хуглары негромко зашушукались. Предложение было необременительное, а выгода обещала прийти немалая. И в деньгах — ни Тайная канцелярия, ни канцлер никогда скупостью ни страдали. И в связях — мало ли как жизнь сложится, благодарность ведомства страшного виконта Раттрея может когда-нибудь здорово выручить. Вот только… Вряд ли бывшая актриса станет подставлять других бродячих артистов: глаз у старейшины был на людей намётанный, и оценил он девушку хорошо. Но о чём она умолчала? Ведь её интерес сейчас — это интерес Империи. А эта штука далеко не всегда совпадает с пожеланиями отдельного человека.
Дермид оглянулся на остальных своих товарищей. Судя по загоревшимся лицам, все они уже взвесили предложение и видели в нём исключительно пользу.
— Хорошо, — решился мастер. — Кто поедет с нами? И нужно ли от нас кого-то взамен?
— Наверное, нет, — командир охраны взял со снега еловую веточку и начал обдирать иголки, помогая себе размышлять руками. — Даже если за нами уже следят, исчезновение пары солдат никого не обеспокоится.
— Понадобится, — вдруг звонко прервала его рассуждения Лейтис и махнула рукой в сторону одной из девушек. — Она займёт моё место, а я и в труппу впишусь лучше, и увижу куда больше.
Мастер Дермид почти сразу кивнул: иметь под своим началом пусть бывшую, но свою куда проще, чем каких-то солдат. И уже было открыл рот сказать: «Согласен», как взорвались командир охраны и начальник телохранителей:
— Ваше Величество вы с ума сошли! Да император с нас голову снимет, как только узнает!
Мастер Дермид поперхнулся словом, остальные хуглары замерли кто где, на середине движения. Наконец старейшина сумел выдавить из себя:
— То есть как Ваше Величество?
Лейтис рассмеялась:
— Очень просто. Я и в самом деле императрица.
Тут один из парней — летом он как раз стоял в карауле — уронил себе на ногу полено, которое хотел подкинуть костёр. Даже не заметил, а растерянно спросил:
— Так что же, я тогда чуть не дал в морду самому императору?
Лейтис отмахнулась.
— Да ладно вам. Тогда мы про это даже не думали. Харелт должен был стать лордом Хаттан.
— Всего лишь, — фыркнул кто-то из артистов.
Лейтис не обратила внимания.
— Так как, мастер? Берете меня к себе? Честное слово, я вам тогда не врала. Мне в самом деле пришлось поездить вместе с хугларами.
— Как будет Ваша императорская воля, — с нотками обречённости ответил старейшина.
Тут опять начал ругаться главный телохранитель.
— Но Ваше Величество! Я не могу отпустить Вас одну, без охраны. В этом я, простите, вам не подчиняюсь.
Лейтис промурлыкала:
— А кто сказал «совсем без охраны»? Вы сами говорили, что Уллехан заменит троих? Возьму его и Дайви, этого хватит.
— Но если о подмене узнают…
— Не узнают, — отрезала Лейтис. — Внешность мы изменим. Меня в Эллистоне никто не встречал, поэтому копировать поведение и манеры не обязательно. Вы задержитесь на неделю в гостинице — моему двойнику понадобится несколько дней привыкнуть к новому лицу и пластике тела. Затем поднимаете императорский штандарт… Все внимание будет приковано к вам.
Споры бушевали час, пока охрана не уступила воле Лейтис. Ещё час понадобился на изменение внешности и сборы. Когда императорский отряд вместе с двойником покинул поляну, воздух уже начал синеть близкими вечерними сумерками.
Стоило последнему всаднику скрыться в черноте леса, Лейтис посмотрела на кислые лица остальных актеров и расхохоталась:
— Ну что вы смотрите на меня как кролик на Бадахоскую анаконду?
Ответом был такой растерянный взгляд старейшины: «Чего-чего она там сказала?», что Лейтис вынуждена была пояснить.