Акира глубоко вдохнул. Был только путь вперед, и он ни о чем не сожалел. У него больше не было привязанности к этой жизни, но он убьет этого охотника. Он нанес несколько осторожных ударов, удерживая равновесие и меч перед собой. Он не собирался отдавать охотнику победу.
Охотник отражал удары, как будто играл с ребенком. Его меч был меньше и быстрее, чем у Акиры, и Акира знал, что у него мало шансов пробить защиту охотника. Однако ему нужно было попробовать.
Охотник пошел в атаку, и Акира защищался, с трудом останавливая атаки охотника. Но это придало ему уверенности. Он пережил атаку охотника. Немногие могли таким похвастаться.
Они столкнулись снова, и Акира остался с неглубоким порезом на шее. Это не было смертельным исходом, но он был на волоске. Он попытался придумать способ попасть под защиту охотника, но ничего не выходило. Охотник был слишком быстр.
Акира попытался перейти в атаку, шагнув вперед, чтобы нанести удар, но охотник прыгнул вперед с невероятной скоростью, и его короткое лезвие легко рассекло Акире живот. Акира не чувствовал самого пореза, но чувствовал, как его органы пытались вырваться из ограничений его тела. Он почувствовал, что впадает в шок, приятное онемение, но в этот момент охотник обернулся, его внимание привлекло что-то вдалеке. Не задумываясь, Акира нанес удар из последних сил, его меч пронзил спину охотника. Акира вытащил свой меч, и охотник повернулся к нему с удивлением на лице. Это было самое приятное зрелище, которое когда-либо видел Акира. Охотник упал к его ногам.
Акира вонзил меч в землю и оперся на него. Он не думал, что сможет биться дальше, но не хотел падать.
Раздался крик, но не его людей. Звук был от азарианцев. Акире удалось поднять голову и посмотреть в ту сторону. Вдалеке он видел людей в черных одеждах, бегущих с холма, сталь ярко сверкала. Акира улыбнулся. Клинки ночи сломают то, что осталось от линий азарианцев. Его королевство выживет.
Сила Акиры покинула его, и он упал на землю. Его разум был все еще ясен. Он думал, что было глупо, что после всего, через что он прошел, все закончится одним ударом на поле боя. Но так сложилось. Все они висели на волоске, который слишком легко перерезать. Тем не менее, он сам убил охотника, и мало кто из живых мог похвастаться таким.
Он слышал, как его люди отступали, и надеялся, что с ними все будет в порядке. Они отдали все для Королевства, и он всегда будет чтить их память. Он надеялся, что они будут чтить его.
А потом он видел только черные одеяния на поле боя. Акира попытался улыбнуться, но было больно. Поэтому он сдался и посмотрел на голубое небо. А потом мир Акиры потемнел.
* * *
Рю с трудом поднялся на ноги, но ничего не осталось. У него не было сил, чтобы сражаться с чудовищем перед ним. Безымянный тоже знал это.
— Твоя сила велика, и твои навыки похожи на мои. Но твоему телу и разуму не хватает выносливости для битвы такого масштаба. Ты не можешь победить.
Рю взглянул на Морико. Она истекала кровью из-за десятков мелких порезов, но все же двигалась, не давая возможности охотникам добраться до дуэли, происходящей между двумя воинами. Но продержаться дольше она не могла. Эта битва будет решена в следующие несколько мгновений. Рю хотел обнять ее в последний раз.
Безымянный увидел, как он смотрит на Морико, проследил за взглядом Рю. Удивительно, но его выражение лица на мгновение смягчилось.
— Вы оба очень сильны. Это был хороший бой. Прошло очень много времени с тех пор, как мне приходилось поднять свой меч против другого.
Рю воспринял это как комплимент.
— Спасибо. Ты, безусловно, самый сильный из тех, с кем я когда-либо сталкивался.
На лице Безымянного появилась тень улыбки.
— Я не верил, что такая сила все еще жила в этой стране. Люди будут рассказывать истории о вас из поколения в поколение. Вы были нашим последним испытанием.
Рю не знал, что он мог сделать. Он сделал все, что было в его силах, но он даже не приблизился к Безымянному. И Безымянный не давал ему возможности придумать новую стратегию.
Безымянный атаковал. Рю отчаянно искал силы, отскакивая, уклоняясь, оставаясь вне досягаемости Безымянного. Он мог избегать атак, но не мог уклоняться вечно. У него не хватит места или сил, и все будет кончено.