Желание выпрыгнуть и нанести удар было сильнее, чем когда-либо. Морико удалось жить после урона, причиненного ей, пока она была в монастыре, но ей так и не удалось простить их. Монахи были для нее как мертвые. Но разум удерживал ее. Она была сильна, но драка с тремя сильными противниками при дневном свете обернется катастрофой. Она будет следовать за ними до наступления темноты. Тогда она нанесет удар и заберет их жизни.
* * *
Некоторое время охотники и монах разговаривали. Морико терпеливо ждала. Каждый момент их промедления опускал солнце ближе к горизонту, и так приближалась их смерть. Она охотилась на охотников и никуда не торопилась.
Морико была разочарована, когда охотники и монах разошлись. Она надеялась, что они останутся вместе, чтобы она могла убить их всех. К сожалению, их планы не совпали с ее. Монах повернул и ушел по тропинке на юг, а охотники повернули на северную тропу. Морико пришлось принять решение. Она не могла следить за всеми. Она подозревала, что охотники пошли уничтожать другую деревню, но монах казался важным. Он некоторое время разговаривал с охотниками, и они относились друг к другу как к равным. Монах нес сумку, и если там хранилась важная информация, она могла стоить нескольких деревень.
Колебание Морико длилось всего мгновение. Она хотела преследовать охотников, но в одиночку монах был легкой добычей. Она убьет его и снова выследит двух охотников. Если она будет быстрой, это будет совсем не сложно.
Морико помчалась за монахом, держась подальше от дороги. Она хотела опередить его и устроить засаду. Она заберет его сумку и уйдет, пока охотники не забрались слишком далеко.
В конце концов, Морико срезала пут. Она нашла дерево, на которое было легко подняться, рядом с тропинкой. Она взобралась по веткам и села на ветке в пяти шагах над тропой. Со своей ветки она увидит приближающегося монаха и нападет внезапно. Она не была хорошо спрятана, но никто не поднял бы взгляд.
Когда монах появился в поле зрения, ей показалось, что она на мгновение заметила, как он замедлился, и это сразу вызвало подозрения. Он не мог почувствовать ее, но если прошлый год и научил ее чему-то, так это тому, что ей еще многое предстояло узнать о чувстве. Но монах продолжил идти, и ее нервы успокоились.
Монах замер в паре шагов от ее места, где она сидела. Он поднял взгляд, и Морико чуть не упала с ветки. Это не могло быть правдой, но она видела его своими глазами.
Лицо улыбалось ей, призрак из прошлого, улыбка без тепла.
— Здравствуй, Морико. Спускайся, — его звали Томоцу, и Морико думала, что он умер много лет назад.
Она тихо спрыгнула перед ним. Их разделяли несколько шагов. Они пока что были защищены друг от друга, но могли ударить в два шага.
Томоцу был одним из первых, кого она встретила, когда ее забрали в Упорство. Он был на пару лет старше нее, но она была юной и эмоциональной, надеялась на него. Он заботился о ней после того, как ее побили, но она вскоре поняла, что его сердце и душа принадлежали монастырю. Когда Рю спас ее из монастыря, она думала, что Томоцу погиб с другими монахами.
На миг она обрадовалась, что ошиблась. Хоть Томоцу был верным монастырю, он всегда был добр к ней, даже когда их взгляды разошлись. Даже после того, как ее стал учить Орочи, Томоцу общался с ней. Но, глядя на его лицо, она поняла, что что-то в нем изменилось.
— Здравствуй, Томоцу, — сказала она.
— Похоже, Великий Цикл снова нас свел. Давно не виделись.
Она кивнула.
— Да. Рада тебя видеть.
Томоцу резко рассмеялся.
— Ты про то, как предала наш монастырь, и клинок ночи пришел и убил многих из нас?
Морико хотела заговорить, но Томоцу поднял руку.
— Нет. В разговоре нет смысла. Конец может быть только один.
Морико перебила его:
— Как ты можешь быть таким слепым? Ты видел, что сделал настоятель. Как можно верить в систему, которая позволяет такую жестокость?
Томоцу вытащил меч. Он не дрогнул, направленный на Морико. Она поняла. Она смотрела на кончик его меча и видела, сколько гнева он все это время нес в себе.
— Я не знаю, как можно сомневаться в учении Великого Цикла, — бросил Томоцу в ее сторону. — Даже ты должна видеть, что Цикл подходит к концу. Каковы шансы, что мы с тобой снова вот так сойдемся? Учение настоятеля могло быть трудным, но именно клинок ночи утвердил мою веру. Впервые я увидел, насколько опасны клинки ночи, и посвятил свою жизнь убийству их всех. Те, кто не верит, должны умереть.
Морико открыла рот, чтобы возразить, но Томоцу ринулся вперед, его клинок жаждал крови. Морико нырнула в сторону и обнажила меч, но колебалась. Это был Томоцу, возможно, первый друг, который у нее когда-либо был за пределами ее семьи. Но когда он напал снова, не было ничего от того доброго мальчика, которого она когда-то знала. Он был сломлен горем. Печаль Морико сменилась гневом, и она напала.