Девушки заметили это.
— Вы еще не передумали брать нас замуж? — наконец, спросила Вера.
— Ни за что! Финберги никогда не отказываются от своего слова, — тотчас ответил Андрей.
— А я обещаю дома не драться! — улыбаясь сказала Вера.
Неловкость была разрушена, и снова начался непринужденный разговор. Появился Иван Михайлович и посоветовал всем отправляться на отдых и готовиться к завтрашнему отъезду. Барышни откланялись и с явной неохотой отправились в свою комнату, перечить хозяину никто не решился.
На следующее утро офицеры готовились к отъезду, Дорм прибыл верхом, и собираться ему не пришлось, а Андрей с Лискиным готовились отбыть на коляске. Для барышень Савелий тоже готовил коляску. Офицеры вышли к завтраку в тот момент, когда девушки вбегали в калитку после утреннего моциона, снова введя в ступор Дорма.
— Откуда они! — удивленно спросил он. — Барышням в это время положено спать.
— Барышням, да, а у амазонок в это время физические тренировки, — ответил Лискин.
— Откуда они? — снова спросил Дорм.
— На реку бегали, — равнодушно сказал Андрей.
Через несколько минут все собрались за столом. Все были сосредоточены, общего разговора не получалось, наконец, стали прощаться. Планы на будущее обговорили еще вчера.
— Ну что, ж, отправляйтесь с Богом, — сказал напоследок Иван Михайлович, — через год я хочу снова увидеть вас здесь.
Сестра Андрея, подошла к девушкам, она уже не таила обиды на Веру, поскольку еще вчера переключила свое внимание на поручика Дорма.
— Возьмите меня с собой! — вдруг воскликнула она, глядя на девушек полными слез глазами. — Я тоже хочу научиться всему, что умеете вы…
— Увы, Машенька, — ответила Вера, — мы не вправе взять тебя. Да и нужно ли тебе это? У тебя есть отец, ты должна быть опорой ему и помощницей. А мы пока одни одинешеньки, и будущее наше в тумане. Мы сами не знаем, какое применение найдется для наших способностей.
Девушки тепло простились со всеми, погрузились в коляску и отправились в путь. Дорога была недальняя, и через два часа коляска въехала в ворота усадьбы Анны Федоровны. Известия о войне и мобилизации уже достигли окрестных поселений. Тетушка надолго не задержала девушек. Ее не сильно огорчила расстроенная помолвка с Андреем Фингертом.
— Иван Михайлович достойный человек, — сказала она Нике. — Он позаботится о твоем состоянии, не бесплатно, конечно. Хочешь побывать в своем родовом имении? Это правильно. Не забывай, что я тебе сказала давеча.
Коляска покатила дальше. В своем имении Ника не была почти десять лет. Она никого не узнавала, только расцеловалась со своей старой нянькой. Усадьба показалась ей маленькой и почти заброшенной.
— Вера, подожди меня в доме, я хочу оставить здесь свою форму амазонки. Почему-то мне кажется, что когда-нибудь она мне пригодится.
— Тогда возьми и мою тоже, — ответила Вера.
Ника взяла обе формы и отправилась в чулан, там зажгла керосиновую лампу и спустилась в подвал. По описанию тетки она легко нашла потайной люк, спустилась в подземный ход и спрятала одежду в той же нише, где лежал ларец с драгоценностями.