Наконец они добрались до другого берега. Патрик припрятал плот, и они отправились дальше. Мусорные горы становились горазда ниже, а под ногами стал скрипеть песок. Небо над их головами оставалось пунцовым, казалось, что вот-вот снова начнёт моросить дождь.
– А чем ты на жизнь зарабатываешь? – спросила Патрика Дана, поравнявшись с ним.
– О, ну я оказываю услуги.
– Какого характера?
– Разного. Чаще всего выступаю, скажем так, посредником в сделках. Иногда занимаюсь поисками необходимых кому-либо вещей. Ну, к примеру, на прошлой неделе я для одного торговца искал весы точностью до двух миллиграмм, ему порошки какие-то отсыпать надо было. Ну и нашёл целые электронные весы в одном маленьком городке у местного врача. Тот не хотел отдавать не в какую. Тогда я ему принёс пачку ацетилсалициловой кислоты, бинты, вату и обезболивающее. В результате после долгих колебаний он отдал мне весы.
– Понятно.
– Ну, а ты? Чем ты живёшь после разрыва с бандой?
– Сначала была охотницей за головами. Однажды я поймала одного гада, который убил семью главы Города Нефтяников. За это мне простили многое. Я неплохо зарабатывала. Как-то я взяла заказ на одного воришку. Парень украл единственный в городе калькулятор и решил его, видимо, сплавить бункерным жителям в мегаполисе. Ну и пошла я по его следу. Через несколько дней нашла останки парня и разбитый калькулятор – карвер постарался. По дороге обратно наткнулась на открытый бункер. Внутри жмурик и записка: “Я Брайан Дойл, прошу позаботьтесь о моей систре Микаэле”. Вечером следующего дня на меня напали дикие псы из другого заброшенного бункера. Я отбилась от них, заснула на разрушенном мосту. Утром меня нашёл Гюльс.
– Это тот тип в шляпе.
– Он самый. Ну, вот он и привёл меня к Микки. Мы сбежали и с тех пор я забочусь о ней. Наверное, это сейчас мой основной вид деятельности.
– Удивительно, такой человек как ты и вдруг забота о ребёнке и всё такое.
– Ну и что? Даже самый плохой человек имеет право стать хорошим.
Позади Патрика и Даны шли Рональд и Микки.
– У тебя есть семья, малышка? – спросил музыкант.
– Нет, – ответила Микки.
– А Дана, кто она тебе?
– Никто, мы просто подруги.
– Серьёзные у тебя друзья, – Рональд улыбнулся, и протянул Микки скомканный кусок бумаги, – это тебе, малышка, подарок.
Микки развернула бумагу и увидела желтоватый бесформенный полупрозрачный камешек.
– Что это? – спросила она музыканта.
– Положи его в рот, – ответил Рональд, – это вкусно.
Микки засунула камешек в рот и почувствовала, как по её языку разливается сладость.
– Это сахар, – пояснил Рональд, – между прочим дорогая штука в наше время.
– Спасибо, – Микки улыбнулась музыканту и взяла его за руку.
Патрик подгонял компанию, потому что боялся не успеть достичь укрытия, до начала дождя.
По дороге Микки играла с Живчиком. Щенок весело бегал вокруг девочки, подпрыгивал и лизал ей пальцы. Микки бросала ему резиновый мячик, который подобрала, когда они шли по мусорным землям. Живчик с весёлым лаем нёсся за мячиком, вилял хвостом, широко расставляя задние лапы. Им было весело, и дорога не казалась тяжёлой. Но вдруг щенок присел и насторожился, он поднял вверх ухо и заскулил.
– Что случилось, Живчик? – спросила Микки, – Дана, что-то не так, Живчик забеспокоился!
– Ну, что ещё?
– Не знаю, он скулит и смотрит туда, – девочка показала за невысокие холмы, куда повернул мордочку щенок.
– Не волнуйтесь, дамы, – спокойно проговорил Патрик, – это надвигается гроза, собаки чувствуют такое. Нужно искать укрытие и поживее.
Через несколько минут действительно на горизонте громыхнуло и небо разрезала яркая молния. Путники нашли старый ржавый контейнер и решили устроить лагерь в нём. Рональд развёл огонь использовав найденный неподалёку пластик и покрышки, он сел около огня и стал бренчать на гитаре какую-то весёлую мелодию. Костёр дал тепло и все немного согрелись. Пошёл ливень. Небо громыхало и бросало в землю молнии, а Живчик всё выл и беспокойно лаял.
– Что с ним, как думаешь? – спросила Дана у Микки, – Может есть хочет?
– Я его кормила. Мне кажется, что он что-то чувствует, чего-то боится.
– Чего же ты боишься, малыш?
Со стороны холмов донеслись странные звуки, напоминавшие крики и стук метала.
– Что за чертовщина? – Рональд прекратил играть и беспокойно посмотрел вдаль.